?

Log in

No account? Create an account

Печальный странник

Что вижу- о том и пою!

Циркач из поднебесья
holera_ham

Свежий ветер срывал с осинок последние желтые листочки и щедро осыпал ими стоянку могучих воздушных кораблей, заботливо замаскированных сетями и пучками соломы возле рощицы, окаймлявшей широкое, укатанное поле аэродрома.
Журналист киевского отделения Всемирно Известнаго Журнала "ОгонекЪ" (именно так и было написано в его казенной визитной карточке, а кто не верит, таки можете подавать в мировой суд!) Данила Новик (в девичестве, Давид Новикштейн) зябко поморщился, немножечко нервно теребя в руках новенький, тоже казенный блокнот.
- Ну, где же наш герой? - спросил начинающая акула пера у сопровождавшего его, вкусно хрустящего хромом кожанки поручика с владимирским крестиком в петлице.
- Да, где же бля? - переадресовал его вопрос поручик проходившему мимо механику в засаленном до изумления бумажном комбинезоне.
- Да, бля, только што был вот туточки! Сей секунд покличем! - степенно ответствовал седоусый сорокалетний старец, и , сложивши рупором ладони, заорал на всё поле: - Эй, бля! К командиру!!
"Однако! - несколько растерянно подумал Данила. - Ну и нравы у этих авиасьон, не хуже, чем у гусар!"
Маскировочная сеть, свисавшая с плоскости воздушного гиганта, приподнялась, и из под неё ловко выскользнул веселый черноусый унтер, с двумя солдатскими георгиями на потертой гимнастической рубахе, черный, как его яловые, с низкими голенищами, сапоги.
- Вот, бля, прошу любить и жаловать! Старший унтер-офицер, бля, наш лучший стрелок!- отрекомендовал арапчонка поручик.
- О, вижу! - застрочил химическим карандашом в блокноте журналист, под заранее выведенным названием: "Наша воздушная стража".- А как ваша фамилия?
Негр с недоумением пожал плечами: - Пля я буду. Марсель Иванович, по отчеству...
... Marcel Plia родился под сияющим солнцем Полинезии! Мама у него была нянькой в семье местного французского колониального чиновника, а папа... тут мама несколько путалась в показаниях. В конце-концов, еще Ван Гог с наслаждением вспоминал о прекрасных островитянках, веселых, свободных нравами...
Во всяком случае, когда чиновника перевели в далекий Париж, он взял с собой и Марселя, и его маму. Ну, кто его знает. Может, просто добрый был человек.
А потом, чиновника перевели в московское консульство, так Марсель и оказался в Белокаменной.
Ему тогда уже десятый год шел. Мальчонка был шустрый, сметливый. Окончил сначала земское городское четырехклассное училище, а потом и фабрично-заводскую школу, выучился на редкую специальность автомеханика.
Днем старательно чинил в гараже авто, а вот вечером... вечером его манил цирк! Еще совсем сопливым мальцом он постоянно ошивался за кулисами: то реквизит подавал, то зверей кормил. А потом его взяли в номер: воздушным гимнастом! Оказалось, что негритенок ни капельки не боится высоты!
Старый клоун дядя Миша его даже поколачивал: Привязывайся, сучий сын! Не моги у меня без лонжи по трапециям под куполом скакать! Мало что убьешься, а коли не до смерти? Что мне с тобой, калекой, тогда делать?
Так что привязать к поясу страховочный леер, стало у Марселя просто привычкой. Что потом ему изрядно и пригодилось.
Вот так жил и поживал себе негритенок в России, нимало не тужа о том, что отличен от русских цветом кожи. Православный, водку пьет, и правильно крестится - что еще надо?
Разве Тотлебен, Багратион, Айвазовский и Левитан - были менее русскими?
А потом началась Великая Война.
Марсель помнил, как вышли с иконами и хоругвями в Крестовый ход москвичи на Красную площадь, как молились за победу Русского воинства, выступившего в защиту сербских братушек.
И гражданин Франции Марсель Пля, вероисповедания православного, двадцати трех полных лет от роду, добровольно прибыл в воинское присутствие.
Дело нашлось ему сразу: выдали мотоциклетку Индиан. И лихо гонял он с пакетами по горбатым московским улочкам. Служба не пыльная. Хоть и весь в пыли.
Но этого Марселю было мало. И он подал рапорт о переводе в действующую армию. А потом еще один, и еще... Отпускать старательного и исполнительного вольнопера никак не желали. Написал Царю.
И тот ответил: Просьбу удовлетворить!
... Российский Императорский Военно-Воздушный Флот первым в мире создал Эскадру тяжелых кораблей. Это были огромные по тем временам, четырех-моторные бомбардировщики "Илья Муромец". Нагрузка аэроплана была от 500 до 800 килограммов в перегруз. Бомбы брал калибром от трех пудов и выше, аж до 240 килограммов! Это тогда, когда англичане со своих сопвичей стрелы сбрасывали. А в 1915 году "Илья Муромец" поднял в небо бомбу весом 410 килограммов! Первым в мире. Самолет серии "Г", который строился на Русско-Балтийском вагонном заводе, имел длину 17 метров, площадь крыла 148 квадратных аршин, двигатели имел по 160 лошадиных сил каждый.
Командовал эскадрой генерал-майор Шидловский. Вот в неё-то, базирующуюся на Комендантском аэродроме в теперь уже Петрограде, и был направлен моторист Пля. Но на земле ему не усиделось, и скоро молодого солдата перевели в стрелки. Пришлось изучать и системы Максима, и Льюиса, и Кольта, и автоматическое ружье Мадсена. И даже счетверенную установку из Маузеров С-96, тоже изучил.
И не только теоретически. Умельцы-левши изготовили макет пулеметного гнезда. Который двигался по рельсам декавильки, раскачиваясь на подвесе, имитируя стрельбу в полете!
Конечно, сначала в молоко лупил. Но потом приноровился малость...
Полюбил Марсель свое оружие. Чистил и смазывал верный пулемет, который за большие деньжищи из самой Америки привезли! И ради оного даже головой рискнул.
А было это так...
13 апреля 1916 года боевой корабль номер 10, входивший во второй отряд Эскадры тяжелых кораблей, отправился к занятой немцами станции Даудзевас. С целью произведения разведки и бомбардирования оной.
Командовал кораблем поручик Авенир Костенчик, вторым пилотом был поручик Виктор Янковиус, артиллеристом поручик Шнеур, мотористом Иван Касаткин и стрелком Марсель Пля.
Погоды стояли прекрасные, видимость миллион километров.
Поэтому гунны заметили русский воздушный богатырь издали. И встретили шквальным огнем 7.7 см полевых пушек, лупивших шрапнелью.
Конечно, можно было бы отвернуть. И любой другой пилот, может быть, так и сделал. Но не Костенчик. Не дрогнув, он направил свой аппарат прямо на станцию.
Пройдя над путями, где разгружались сразу два эшелона - один с пехотой, а другой с огнеприпасами - командир дал приказ, Шнеур нажал электрический контакт, и из раскрывшегося бомболюка вниз полетели градом бомбы. Через несколько десятков секунд внизу вспыхнули огненные разрывы, а потом раздался взрыв такой силы, что Муромец аж встряхнуло. Это сдетонировали на стации боеприпасы.
Уже на отходе сразу две шрапнели расцвели смертельно опасными белыми цветами на пути русского корабля. Зазвенели вылетевшие стекла кабины, захлебнулся мотор номер два, в пробоинах свирепо завыл ветер.
Заливая кровью приборную доску, рухнул на штурвал раненый командир. Муромец взмыл вверх, потом свалился в штопор... К счастью, Янковиус сумел выровнять полет у самой земли и развернул аппарат к родному аэродрому...
В этот миг в кабину сунулся встревоженный механик: - Марселя за борт выбросило!
Действительно, артиллерист, кинувшийся к задней огневой точке, увидел, что она пуста. И горестно перекрестился: парашютов-то у летунов не было.
Однако, рано он Марселя похоронил. За бортом послышался какой-то грохот, и над обрезом
люка показалась его покрасневшая от натуги физиономия. Это залезал снаружи стрелок, держа под мышкой свой Кольт.
И ничего его за борт не выбросило. Он сам выпрыгнул!
Когда аэроплан вдруг завалился на борт, пулемет сорвало с крепления и унесло в просторы небесныя. А за своим оружием прыгнул и Марсель. И поймал! Но как он назад вылез? очень просто. Пригодилась цирковая привычка, привязывать страховку. На всякий случай.
Правда, несколько неприятных минут он пережил, болтаясь на веревке в воздухе, но это уже не в счет.
Кстати говоря, приключения в воздухе на этом не закончились. В результате попадания шрапнели на левой плоскости был перебит лонжерон. Пришлось Марселю выбираться на крыло и связывать его веревочкой. Узелком, с бантиком.
Согласно данным из архива, обратный полет длился 52 минуты. Однако дошли, и сели. При посадке у аэроплана отвалилось крыло, "которое в воздухе держалось только подъемной силою!". Восстановлению искалеченный борт (79 пробоин!)не подлежал. А вот его командир выжил.
Весь отважный экипаж был награжден: офицеры орденами, а фельдфебель Касаткин и унтер Пля- знаками Военного ордена IV степени. На Георгиевской ленте. Потому что одним вылетом они уничтожили, почитай, целый немецкий батальон.
... Новый аппарат, на который назначили командиром лейтенанта Российского Императорского Флота Лаврова, был гораздо лучше вооружен. На нем была уже не одна, а пять огневых точек. Бойтесь, фрицы.
И вот одинокий Илья Муромец появился над аэродромом Сморгони. И высыпал на стоянки целые тучи зажигательных бомбочек! Полюбовался экипаж на разгорающиеся пожары. И собрался было до хаты. Как вдруг его атаковали сразу три германских "Альбатроса".
Первый атаковал русского богатыря сверху! И мигом налетел на очередь, выпущенную Марселем. Немец отвернул в сторону, и задымив, пошел вниз. Второму истребителю Марсель не дал даже открыть огонь. Метко ударив трассирующей очередью по кабине, он как видно, убил неприятельского пилота. Потому что "неприятельский аэроплан задергался, как обезглавленная курица", перевернулся через плоскость и рухнул на землю.
Третий немецкий истребитель несколько раз атаковал и сзади, и с бортов, и даже спереди - где внезапно получил близкий разрыв от авиапушки! Воздушная крепость оказалась ему не по зубам.
После этого немцы два месяца не решались атаковать "Муромцев".
За этот бой Марсель получил Георгия III степени, прямо по статуту - "за сбитие с неба неприятельского аэроплана".
... "Он сын волшебных островов Тихаго Океану, где солнце венчано с морем. В его крови растворено солнце и песни синих приливов! Искрятся черным глаза, сверкают зубы и лоснится широкий нос -арап. На голове русская военная фуражка, на ногах- брезентовые голенища и такое отчетливое: Здравим желаим!" - писал в своей статье Новик.
И соврал. Сапоги у Марселя были яловые.
Кстати, и Игорь Сикорский запомнил его таким же. Они долго беседовали, и по совету стрелка конструктор модернизировал сиденье кабины. Сделав его складным и добавив амортизаторы.
А потом был проклятый 17 год. Марсель остался верен присяге. И был убит.
Такие дела.

Анээрбе нервно курит в сторонке
holera_ham

В январе 1945 года якутский рапсод Петр Алексеевич Абрамов (по правде то он был шаман Алладьы) продемонстрировал научкору НИИ истории, языка и литературы Якутской АССР товарищу П.Т. Степанову такую вот "импровизацию":

Чудовище-Гитлер, слушай!
Моё колдовство — устье,
Падай в него — прямо,
Место твоё в преисподней.
Слово моё — лопата,
Судьба твоя — могила.
Зёв её распахнут.
Но ты ещё не сгинул...
Мучайся в сумасшествии,
Бедствуй в слабоумии:
Бесы тёмных мыслей
Пусть в тебя внедрятся!
Дьяволы всех сомнений
С глазами на затылке,
С зубами в грудных клетках, —
Пусть тебя оглодают!
Сумеречные черти,
Синие кровопийцы,
Пьющие кровь, как воду,
Пусть в тебя вопьются
Сам Дьэргэстэй безносый,
Бледно-багровый призрак
Голым, бесцветным оком
Пусть тебя сглазит насмерть!
Знаешь ты, Дьэргэстэя?
Вот, он к тебе подходит,
Огненнобровый хищник
Грешную кровь выпьет.
Кости твои раздавит,
Вырежет спесь с мясом.
Рост твой он укоротит,
Гордость твою похерит.
Вместе с преступным телом
Счвакает душу.
Вызванный тобою,
Дьявол чёрной битвы,
Солуоннай-каратель,
Явится самолично,
В череп твой волосатый
Коготь колючий вгонит;
Три становые жилы
Выдернет, измочалит.
Мозг твой бесстыдно-жидкий,
Родивший столько гноя,
Солуоннай-каратель,
Высосет, не поморщась.

И это лишь фрагмент.

Запись сделана во II Нахарском наслеге Мегино-Кангаласского района ЯАССР. Перевод с якутского Анатолия Ольхона.

Опубликовано в иркутском литературно-художественном альманахе "Новая Сибирь", 1947, № 18, стр. 224-230.

Судьба строителя города Солнца.
holera_ham
Который должен был быть построен у станции Прозоровская, ныне - Кратово.

Николай Карлович фон Мекк. Автор портрета Б. М. Кустодиев

В 1903 г., как председатель Правления Московско-Казанской железной дороги, отвечал за организацию паломнической поездки Николая II с семьёй в Саровский монастырь. Н. К. фон Мекк в самом начале русско-японской войны возглавил отдел отправки благотворительных грузов на Дальний Восток при Комитете великой княгини по сбору средств в помощь армии под сенью Российского общества Красного Креста. Великая княгиня Елизавета Федоровна отзывалась о нём как о «честнейшем слуге царю и отечеству».

Заботясь о подготовке специалистов, он открывал технические училища, участвовал в деятельности Общества распространения полезных книг. Поддержал организацию потребительской кооперации для снабжения железнодорожников продуктами.

В 1905 г. отказался выдать властям зачинщиков забастовок. После революции надеялся, что его знания и опыт по-прежнему будут полезными государству. Он продолжал интересоваться вопросами развития, железнодорожной транспортной системы, работал консультантом финансово-экономического управления Народного комиссариата путей сообщения (НКПС), представлял комиссариат в Госплане.

Свои идеи в области экономики и перспектив отечественного железнодорожного транспорта фон Мекк изложил в ряде книг, опубликованных в 1921—1927 гг. Несмотря на это, начиная с 1919 г., из-за «буржуазного происхождения» его неоднократно арестовывали по различным обвинениям: в «контрреволюционных выступлениях против советского строя», в «технической контрреволюции», в участии в «тайном обществе», «в непринятии мер к восстановлению транспорта».

Освобождали из-под ареста при «условии невыезда из Москвы» и вновь допускали к службе. Последний раз был арестован в 1928 г., а в мае 1929 г. коллегия ОГПУ приговорила к расстрелу участников «контрреволюционной вредительской организации в НКПС и на железных дорогах СССР»: фон Мекка и А. Ф. Величко и в золотоплатиновой промышленности вредителя — П. А. Пальчинского. Никто из них своей вины не признал. Сообщение о расстреле было опубликовано 24 мая 1929 года.
Сохранилась усадьба фон Мекка, в которой проклятый кровопийца организовал для железнодорожных рабочих бесплатную санаторию

Ну и мостик в Кратово.

Россия начала производство двигателей для Японии
holera_ham

А вы про это знали?
holera_ham

Почему у евреев две Торы.
Как известно, есть две Торы - письменная и устная, основа талмуда, которая была записана только под угрозой полного забвения ввиду рассеивания и ассимиляции евреев.

И когда евреев спрашивают, почему Тор две, они рассказывают такую историю.

Решил Бог обзавестись избранным народом.

Пришел... ну, скажем, к моавитянам и говорит:

- Давайте договор заключим? Вы будете моим избранным народом, а я вам Тору дам, закон.

- А что у тебя там? - поинтересовались те.

- Hу... не прелюбодействуй, например...

- Hе! - решительно отказались моавитяне. - Это не для нас.

Бог пошел к аммонитянам - та же фигня, этих, понимаешь, "не убий" не устраивает. Совсем отчаялся, пришел к евреям и за свое:

- Давай вы будете мой избранный народ, договор заключим, я вам Тору дам...

- А сколько стоит? - деловито спросили евреи.

- Да даром! - обрадовался Бог.

- Тогда давай две.

И теперь у еврейского народа две Торы.

Заговорщики.
holera_ham

СОВ. СЕКРЕТНО.
ТОЛЬКО ЛИЧНО.
НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР
МАРШАЛУ СОВЕТСКОГО СОЮЗА тов. К.Е. ВОРОШИЛОВУ*
Хочу изложить Вам свои впечатления по прошедшему 11.6.37 процессу контрреволюционной военной фашистской
организации на заседании специального присутствия Верховного суда Союза ССР по обвинению в измене Родине,
шпионаже, вредительстве и диверсионной деятельности Тухачевского, Якира, Уборевича, Корка, Эйдемана, Фельд
мана, Примакова, Путна.
При открытии заседания суда подсудимым было зачитано обвинительное заключение, которое произвело на них
исключительно сильное, подавляющее впечатление. Особенно растерялись Эйдеман и Фельдман, хотя и все подсуди
мые с точки зрения мужества производили весьма жалкое впечатление. Внешне они выглядели жалкими ничтожными
слюнтяями.
Read more...Collapse )