?

Log in

No account? Create an account

Печальный странник

Что вижу- о том и пою!

Популярность и настоящая слава.
holera_ham
Когда в 1963 году Джон Стейнбек во второй раз приехал в Советский Союз, ему посчастливилось поучаствовать в процессе распития водки на троих. Таинство было замечено милиционером, которому пришлось пожурить иностранного гостя и его новых московских друзей. Оправдываясь, Стейнбек не придумал ничего лучше, чем сказать, что он американский писатель. Представитель власти отреагировал на информацию восторженным восклицанием «Хемингуэй!».

Не под защитой чуждых крыл...
holera_ham

В ту войну прапорщики жили в среднем не больше двенадцати дней
— Михаил Зощенко. Перед восходом солнца

И еще о коммунистах и Русском народе
holera_ham
Пассионарность национальных меньшинств была умело использована большевиками в борьбе с защитниками старого режима. Большевистский лозунг о “праве наций на самоопределение вплоть до свободного отделения от государства”, конечно, был для инородческого населения России гораздо более привлекателен, чем воззвание “За единую и неделимую”, под которым шли на смерть патриоты-белогвардейцы. Потому то большевики и победили.

Сталин впоследствии признавал: “Не забывайте, что если бы мы в тылу у Колчака, Деникина, Врангеля и Юденича не имели так называемых “инородцев”, не имели ранее угнетенных народов, которые подрывали тыл этих генералов ... - мы бы не сковырнули ни одного из этих генералов” /Сталин И.В. Соч. Т.5. С.246./
Для большевиков, пожалуй, ненавистнее всего был призрак “великодержавного шовинизма”, который они усматривали во всяком, даже самом безобидном шевелении национальных чувств у русского народа. Другое дело - шовинизм “мелкодержавный”. Всякое проявление национальных амбиций со стороны малых народов приветствовались как выражение свободы, и демократии.

C другой стороны, Сталин стремился снять крайности интернационализма. Уже в 30-е годы происходит поворот к национальной идеологии и политике (идеология “победы социализма в одной стране” в противовес теории “перманентной революции” Троцкого).

Когда в начальный период Великой Отечественной войны интернациональное воспитание обнаружило свою несостоятельность (многие молодые красноармейцы видели в фашистских солдатах “обманутых братьев по классу - немецких р а б о ч и х”), восстанавливается в правах патриотизм и привлекается в качестве главной мобилизующей идеи.

В конце 40-х годов русский великодержавный национализм возводится в культ, становится одной из важнейших идеологических опор тоталитарного режима. Но идеология “национал-большевизма” своим примитивизмом, прямолинейностью, грубо-принудительным, казенным характером вызвала длительную аллергию на национализм и в конечном счете способствовала дальнейшей денационализации русского этноса.

Потом начинается разложение идеологии и режима. В 70 годы на национальных окраинах в скрытой еще, латентной форме пробивает себе путь то отвратительное явление, которое уже в наши дни очень точно названо национальным мародерством. За мелочные взятки и низко-пробную лесть Брежнев и его окружение способствовало неэквивалентному товарообмену национальных республик с Россией.

Окраины обустраивались, обретали индустриальную базу, инфраструктуру за счет истощения русской провинции, запустения Нечерноземья, разорения Сибири. Прямым попустительством и соучастием московской группировки в южных республиках формировался мощный теневой сектор экономики, обеспечивая уже в те годы “первоначальное накопление” мафиозно-паразитического капитала. Все это происходило под прикрытием заклинаний о формировании “новой исторической общности - советского народа.”
Александр Ососков, "Жизнь нации - это ежедневный плебисцит", 1999 г.

Приговор Чи-Чи-Чи-Пи
holera_ham