December 30th, 2020

Певец Малаховки любимой...


Карамазов Александр Анатольевич (1962 – 2001) – поэт, прозаик, художник. Родился в 1962 году в Малаховке. Потом довольно долго жил в Лобне, но в итоге вместе с семьёй возвратился на свою малую родину. По собственному признанию, стихи начал писать рано. А продолжал писать всю свою жизнь. Начинал он с верлибров, «даже не подозревая, что в мировой поэзии существуют такого рода стихи, стал их сочинять. А уже потом узнал, что такие есть. Т.е. он вошёл в мир поэзии какой-то собственной походкой… да и сохранил её (эту походку) на всю жизнь» (М. Г. Ермишин).

По образованию Александр был художником, но по своей специальности – «народ-ная игрушка» – практически не работал. В начале 1980-х он принимал участие (писал и рисовал) в самиздатовских журналах и альманахах: «Корабль», «Морская черепаха». За свою жизнь он сменил множество занятий, работал художником-оформителем, слесарем, грузчиком и даже кочегаром.

Летом 1998 года несколько человек (из Малаховки, Краскова, Москвы) пытались объединиться для литературного общения, организовав так называемое «писательско–читательское объединение «Карамазово братство». Душой и организатором объединения был Александр Карамазов. Его эта работа сильно занимала – он сочинял Устав, формулировал Задачи организации. В Актив организации входили М. Г. Ермишин, А. И. Жбаков, А. Карамазов, В. Нестратов, Р. Нуретдинов и супруги Симоновы (из Москвы), ещё примыкал Ю. И. Нефёдов. Собрания должны были проходить раз в месяц, но проходили чаще.

Александр Карамазов умер в ночь с 1 на 2 декабря 2001 года. После смерти поэта остался довольно внушительный архив: стихи, проза, много рисунков. Друзья Карамазова выпустили посмертную книгу его стихов. Книга вышла в конце 2003 года. Друзья помнят Александра Карамазова как неординарного человека и талантливого поэта.

МАЛАХОВКА

Ночь выслала дымы мне в путь,

И фонари для зоркой стражи,

Деревья в придорожной саже,

И неба — только чтоб дохнуть

В него дымком от сигареты;

Домов слепые силуэты,

В глаза чьи страшно заглянуть:

Всяк Родина — я ж горожанин...

(У печки пол истёр крестьянин,

Шурша в ворованных дровах,

Как некий дух, изгой, древлянин,

Мечтая о тепле и щах.)

Бездельем мучимый и ленью,

Приду домой в бездомный быт,

Перед Угодником паду я на колени

(Хоть не изведаю ни сладости молитв,

Ни кротости, ни строгости служенья):

Лишь Родину хочу я видеть в Лике —

Без панегириков и повилики —

Ни грязь и гниль в разграбленной стране...

Хочу крестьянина увидеть на гумне.

КАКОЙ БЫЛ САД! ВСЕ ЯБЛОНИ ОПАЛИ

Какой был сад! — все яблони опали,

Морозный пар струился от земли...

Ещё вчера — ты помнишь? — пролетали

Над самым нашим домом журавли.

Я помню ТО, и то лишь удержал

Не памятью, а будто самым взглядом:

Сад яблоко последнее держал;

И твой отъезд, и что была ты рядом…

Преимущества совейского ПЛАНОВОГО хозяйства, обеспечившее...



С началом второй мировой войны в СССР началось широкое развертывание авиационной промышленности. В сентябре 1939 г. Политбюро ЦК ВКП (б) приняло постановление в короткие сроки реконструировать 9 предприятий и построить 9 новых.

В развитие этих планов на конвейер встали самолеты новых типов Як-1, МиГ-3, ЛаГГ-3, Ил-2 и другие самолеты, для которых требовался качественный высокооктановый бензин. В период с 1 января 1939 г. по 22 июня 1941 г. было выпущено 17 745 боевых самолетов, в том числе 3 719 - новых типов.

Но в СССР были давние проблемы с топливом для авиации. Начальник Управления снабжения горючим РККА Котов на утреннем заседании Комиссии Главного Военного Совета Красной Армии 8 мая 1940 г. заявил, что плохо обстоит дело с обеспечением армии высокооктановым топливом для авиации. В 1940 г. на отечественных нефтеперерабатывающих заводах переработали 29,414 тыс. тонн нефти и получили 883,6 тыс. тонн авиационного бензина. Из полученного бензина большая часть была с невысоким октановым числом - от 70 до 74, такое топливо годилось для устаревших самолетов И-15, И-153, И-16, ТБ-1, ТБ-3 и ДБ-А. Для новых боевых самолетов Як-1, МиГ-3, ЛаГГ-3, Ил-2, Ил-4, Пе-2, Ер-2 и Су-2 требовался авиационный бензин Б-78 потребность в котором удовлетворялась всего на 4 %.

Все это было из-за специфики советских НПЗ, которые в первую очередь по ПЛАНУ гнали мазут, а производство легких бензинов составляло только 20 %.

Collapse )

А всего-то надо было стукнуть по лысине одного дрянного помощника присяжного поверенного...



В одной из квартир Литейного проспекта собираются несколько серых бесшумных фигур и, пожав друг другу дрожащие руки, усаживаются вокруг стола пустого, освещенного гнусным воровским светом сального огарка. Переглянулись.

— Начнем, что ли? Сегодня чья очередь?

— Моя.

— Ничего подобного. Ваша позавчера была. Еще вы рассказывали о макаронах с рубленой говядиной.

— О макаронах Илья Петрович рассказывал. Мой доклад был о панированной телячьей котлете с цветной капустой. В пятницу.

— Тогда ваша очередь. Начинайте. Внимание, господа!
Collapse )

Нет покоя ебанутым...

Сумму ущерба компании "Энергоатом" от потери активов в Крыму подсчитают через полгода.

Об этом заявил исполняющий обязанности президента украинской компании "Энергоатом" Петр Котин в интервью изданию "Лига".

Ранее компания подала иск на сумму в 100 млн долларов, однако в компании считают, что эти данные являются предварительными.

"У нас в Крыму осталась Донузлавская ВЭС. Точная сумма иска будет определена после работы юристов и не раньше, чем через полгода", – сказал Котин.
https://crimea.mk.ru/politics/2020/12/30/v-ukrainskom-energoatome-eshhe-ne-podschitali-ubytki-ot-poteri-aktivov-v-krymu.html

Седая Балтика опять разволновалась...


Флагман ВМС Эстонии

На днях облетело мир сенсационное известие — Эстония готовится заблокировать Балтийский флот России! Для этого, по заявлению ответственных лиц, будет усовершенствована система береговой обороны, состоящая из нескольких компонентов, включая морские мины и противокорабельные ракеты. На это уйдет 2-3 года и целых 46 миллионов евро. Размах и сроки, конечно, поражают. Как и предполагаемый результат — в условиях узости Финского залива вооруженные силы Эстонии могут заблокировать флоту РФ выход на оперативный простор Балтики и сорвать морское снабжение Калининградской области, а центр региона сразу оказывается в плотной блокаде.

Горячие, однако, парни, как говорил мой чукотский друг Коля Тынатгыргын после танцев в нашем поселковом клубе, часто завершавшихся не так спокойно, как они начинались. И мудро добавлял при этом, что думать надо головой, но при этом не забывать о заднице.
Collapse )

Кому ставит памятники Великая Россия


Он был первым министром путей сообщения Российской империи и нашим первым настоящим железнодорожным генералом. Павел Петрович Мельников – выдающийся инженер-механик и управленец, добрая память о котором сохранилась до нашего времени.

Collapse )

Поэт в подряснике


Анатолий Евгеньевич Жураковский стал священником в 1920 году, когда большевики начали активные гонения на Церковь. Он был назначен настоятелем храма святой Марии Магдалины в Киеве, где вокруг молодого батюшки (отцу Анатолию тогда не было и тридцати) сложилась крепкая православная община. Верующие вместе занимались делами благотворительности, распространяли православную литературу, принимали участие в диспутах с атеистами.

В 1923 году отец Анатолий был арестован и отправлен в трёхлетнюю ссылку. После освобождения он недолго побыл в Киеве. Последовал новый арест с отправкой в Москву, где активного священника приговорили к расстрелу. Затем приговор заменили десятью годами лагерей в системе Беломорско-Балтийского канала.

Священник Анатолий Жураковский обладал незаурядными литературными способностями и сочинял стихи. Одно из них написано в лагере возле посёлка Надвоицы в Карелии на берегу северной реки Выг.

Седое утро. Рано. Реет мгла.
Мороз и иней. Тишина. Молчанье.
Прибрежных сосен смутно сочетанье.
Работа началась, звенит пила.

Мгновения летят. Над Выгом, словно встарь,
Заря воздвигла огненные храмы.
Плывёт туман, как волны фимиама,
Престолы — острова́, и небеса — алтарь.

Анатолий Жураковский отбывал заключение в Свирских лагерях, на Соловках, в лагерях Беломорско-Балтийского канала.

В одном из писем жене он признавался: «Как хорошо знать, что всё Божье, что нет каких-то особых мест или положения для служения Ему, а всякое дело может быть Его делом... Вот эта убогая, каменистая... дорога — Его дорога... Вот этот труд над переброской и выниманием брёвен и досок — Его дело, служение Ему и, наконец, этот дощатый барак с койками — может быть Его таинственным и полным благодати и трепещущих ангельских крыльев царством».

Такой же светлый, молитвенный настрой выражен и в том самом стихотворении отца Анатолия 1934 года, написанном в короткую минуту отдыха от работы на лесоповале.

Пила звенит. Молчи. Терпи. Так надо.
В себя войди. В венце живых лучей
В глубинах сердца — храм. Готовь елей,
Войди в алтарь и засвети лампаду.

Ты слышишь: ангелы спешат в незримом сонме.
Ты слышишь: клирное они свершают пенье.
Слепотствующим — труд, для зрячего — служенье.
Любимый близко. Здесь. Премудрость. Вонмем.

«Премудрость. Вонмем» — это литургический возглас, произносимый священником или диаконом во время наиболее важных моментов богослужения. «Премудрость. Вонмем» — значит, будем внимательны, собранны. В письме из лагеря этот возглас в конце стихотворения звучит и как наказ не терять бдительности и быть готовым к новым испытаниям.

В октябре 1937 года священник Анатолий Жураковский, находившийся на трудовом поселении в Карелии, вновь был арестован, заключён в тюрьму Петрозаводска и приговорён к расстрелу. Ему было всего сорок лет. Приговор привели в исполнение 3 декабря 1937 года там же, в Карелии. Ныне священномученик Анатолий Жураковский причислен к лику святых
https://radiovera.ru/svjashhennomuchenik-anatolij-zhurakovskij-i-ego-stihotvorenie-sedoe-utro-rano-reet-mgla.html