February 16th, 2021

Все-так его достали...


1889-1893. Штабс-ротмистр Пётр Каспарович Межак

Пётр Каспарович Межак (латыш. Pēteris Mežaks; 18 февраля 1858 — 5 сентября 1941) — русский и латышский военный деятель, генерал-майор. Участник военных действий в Китае (1900—1901), русско-японской (1904—1905), Первой мировой и Гражданской войн. Награждён Георгиевским оружием.
В эмиграции в Харбине, с 1922 г. почётный консул Латвии в Харбине. Оказал материальную поддержку в возведении памятника в Харбине японцам Оки и Ёкачаве.

Затем жил в Латвии, почётный гражданин США.

Арестован 18.06.1941 г. в Риге как бывший царский генерал, помещён в Рижскую тюрьму, оттуда 10.07.1941 г. привезён в Вятлаг. Похоронен на братском кладбище 7-го лагпункта у озерца к юго-востоку от центра Вятлага, посёлка Лесной.
Доставил humus

Непередаваемая боль!


Эта картина наполнена непередаваемой болью и страданием совейского человека, строителя Коммунизма, который только что отстоял длиннющую очередь за спиртным и на выходе разбил одну бутылку любимого портвейна.

Расказачивание


Автор пишетЪ:
В годы моей юности, когда я был курсантом Дальневосточного ВОКУ, у нас во взводе был курсант, родом из Забайкалья, которого мы промеж собой называли Казак. Совсем небольшого роста и ловкий, как чёрт, он носил длинный, чёрный, как смоль, закрученный на конце чуб, любил рисовть лошадей и сцены из жизни своих прадедов, а как-то однажды, вернувшись из увольнения хорошо "поддатый", он дурниной орал на всю казарму: "Дайте шашку! Порублю! Коммунистов - порублю!" Теперь всё это было бы смешно, если бы не было так грустно.
Collapse )

Палачи и убийцы



Загадки и странности продолжились и после провозглашения приговора. Многие требовали его отмены (моряки Кронштадта, левые эсеры, присяжный поверенный В.А. Жданов).

Ночь перед расстрелом
В ночь с 21 на 22 июня 1918 года состоялось экстренное заседание последней инстанции – Президиума ВЦИК, который отклонил все жалобы и ходатайства об отмене приговора.

Щастный перед расстрелом успел написать восемь предсмертных записок. Приведу лишь две, адресованные матери, жене и детям:

«Дорогая моя мать!

Пусть будет тебе утешением, что сын твой отошел за отцом в лучший мир, ничем не запятнанный и со спокойной совестью. Пригрей моих детей, которые твоему материнскому чувству восполнят утрату меня. Крепко, крепко тебя обнимаю. Неси бодро свой крест, ниспосланный тебе в последние месяцы. Душевно любящий тебя Щастный».
Collapse )

Как пили в Русской деревне при Царе


Мужик бывает пьяница, но не такой, как бывают в городах пьяницы из фабричных, чиновников, или в деревнях — из помещиков, поповских, дворовых - пьяницы, пропившие ум, совесть и потерявшие образ человеческий. Мужик наш любит в праздник выпить, весело погулять; но он настолько же пьяница, насколько и те, которые, налюбовавшись на Шнейдершу, затем ужинают и пьют у Дюссо.

Вообще нужно заметить, что между мужиками-поселянами отпетые пьяницы весьма и весьма редки. Я вот уже год живу в деревне и настоящих пьяниц, с отекшими лицами, помраченным умом, трясущимися руками, между мужиками ни разу не видал. При случае мужики, бабы, девки, даже дети - пьют, шпарко (крепко) пьют, даже и пьяные напиваются (я говорю “даже”, потому что мужику весьма много нужно, чтобы напиться пьяным, — два стакана водки русской дебелой бабе нипочем), но это не пьяница.

Ведь и мы тоже пьем — посмотрите на Елисеева, Эрбера, Дюссо и т. п. — но ведь это еще не отпетое пьянство.
Collapse )