Белоусов Валерий Иванович (holera_ham) wrote,
Белоусов Валерий Иванович
holera_ham

Category:

О капиталистах в России


Знаменитый "Шквал".
Приход эскадры Непира в Финский залив поверг образованную столичную публику в шок. Фёдор Тютчев писал: «В 18-ти верстах от двора всероссийского императора стоят эти вооружённые силы, ужаснейшие из всех, какие когда-либо появлялись в морях».

В июле 1854 года, ещё до осады Бомарзунда, чиновник морского ведомства Николай Путилов обратился к начальству с предложением в спешном порядке создать флотилию канонерок, способных действовать в условиях мелководья Маркизовой лужи (Невской губы — восточной части Финского залива).
Пять месяцев рапорт ходил по инстанциям, пока, наконец не попал на стол командующего флотом великого князя Константина Николаевича, сменившего Меньшикова. Тот решил, что предложение дельное, и назначил Путилова уполномоченным по экстренному сооружению новой канонерской флотилии и корветов. 30 ноября 1854 года чиновник получил «Высочайшее повеление Государя Императора» и начал работы.
Константин Николаевич вызвал Путилова к себе и спросил: «Можешь ли ты, Путилов, сделать невозможное? Построить до конца навигации флотилию винтовых канонерок для обороны Кронштадта? Денег в казне нет — вот тебе мои личные двести тысяч». Путилов взялся за этот невозможный заказ, выполнить который требовалось к маю 1855 года. За 90 дней нужно было спустить на воду и ввести в строй 32 канонерки с винтовыми двигателями. Без контракта, без залога, без правительственного контроля над производством всех работ. За полную готовность канонерок несли персональную ответственность, в прямом смысле слова отвечали головой, члены «пароходного комитета» П. Лисянский и А. Шестаков, за поставку машин, котлов и материалов для корпусов — чиновник особых поручений кораблестроительного департамента Н. Путилов, за постройку всех корпусов — петергофский купец С. Кудрявцев, за надзор и техническое руководство — корабельный инженер Иващенко. Позже Путилов вспоминал:

«И было мне поручено: любою ценой, любыми средствами, но к началу кампании 1855 года 15 винтовых лодок должны стоять под парами против неприятеля».

И он справился. Первые 32 оборудованные паровыми машинами Путилова винтовые канонерские лодки, предназначенные для плавания в мелководном Финском заливе, вошли в строй в мае 1855 года. Как вспоминал Путилов,

«весь декабрь ушёл на составление чертежей, размещение заказов и бесконечные уговоры, поскольку «малые» хозяева весьма смущались новостью дела. Весь январь, февраль и март во всех уголках столицы, где только есть что-либо для механического дела, начиная от заводов и до чердаков, где временно были устроены мастерские, везде работали с неутомимой деятельностью — в две смены».

Путилов привлёк к выполнению ответственного государственного заказа два десятка заводов и мастерских.

«К концу февраля свезли откуда что и начали собирать. К 15 марта первая машина собрана на заводе. А уже в мае того же года, то есть через 100 дней, 32 вооруженные канонерки, каждая с паровой машиной в 80 сил, стояли в Кронштадте».

Эти канонерские лодки из-за своей малой массы давали скорость от 7 до 9 узлов и были вооружены одним-тремя 68-фунтовыми бомбическими орудиями. Оказалось, что мелкая канонерка может уничтожить линкор, в сотни раз превосходивший его по стоимости. И противоядия, по факту, от них нет!
Кроме того,

«для защиты подходов с моря к Кронштадту, Ревелю и Свеаборгу, прикрывавшему Гельсингфорс, русские моряки впервые в истории осуществили массовые минные постановки. С этой целью 6 февраля 1854 года Морской учёный комитет рассмотрел представленный Б.С. Якоби «Проект цепи подводных мин для постановки между фортами Александра I и Павла I». Комитет утвердил минное заграждение из 105 мин в виде двух рядов с расстоянием 10 сажен между рядами и минами в ряду».

К лету 1855 года Финский залив представлял собой многоуровневую минно-артиллерийскую позицию, обладавшую как активным (канонерки и корабли), так и пассивным (береговые батареи и мины) элементом защиты. И вот такую защиту планировали британцы взломать на Балтике.

Отметим, что сама Крымская война стала причиной резкого развития технологий и средств войны у всех воюющих сторон. И техника в кампании 1854 года сильно отличалась от техники кампании 1855 года, так же, как она бы отличалась, продолжись война в 1856 году. То есть русские при недостатке средств и технологий ответили не только ассиметрично, но и довольно сильно.
Tags: История и современность
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments