Белоусов Валерий Иванович (holera_ham) wrote,
Белоусов Валерий Иванович
holera_ham

Categories:

Ленинская скромность.


Денежный пер., д. 9 - здесь жил Луначарский

«На следующий день после похорон Ленина, совершенно неожиданно, к нам в библиотеку пришел нарком просвещения А.В. Луначарский со свитой. Входя, он не поздоровался, уходя, не попрощался со мной.

Он осмотрел помещение библиотеки на 5-м этаже и в мансарде, оно ему понравилось, и он сказал: «Хорошо. Я беру». Повернулся и пошел из квартиры. Свита за ним.

Когда я услышала слова: «Я беру», то поняла, что нас будут выселять. У меня, конечно, страшно забилось сердце, я безумно испугалась».

Маргарита Рудомино, которая в 1924 году руководила библиотекой Неофилологического института Москвы, запомнила этот исторический для нее и ее коллектива день на всю жизнь.

А ведь ей еще повезло – всего-то навсего библиотеку выселили, главное, жива осталась. Дело государственной важности – нарком просвещения решил приискать себе жилье, и выбрал этот скромный чердак под крышей.

Скромный чердак представлял собой владельческую квартиру в доходном доме Бройдо в Денежном переулке. В ней до революции жила семья застройщика, о чем свидетельствовал номер 1 на дверной табличке.

По нынешней терминологии, это был двухуровневый семикомнатный пентхаус. Квартира была необычно спланирована: в центре находилась двусветная гостиная с галереей-библиотекой. В ней был камин, стоял рояль, на стенах висели картины.

Огромная столовая вмещала порядка 40 человек. Для более камерных встреч предназначалась малая гостиная. Всем этим буржуазным шиком нарком просвещения охотно пользовался, оставив на своих местах. Разве что в кабинете хозяина разместил кремлевскую «вертушку».

Кто только не карабкался на пятый этаж, чтобы скоротать вечерок-другой в гостеприимном доме Луначарского и его супруги Натальи Розенель, одной из первых светских львиц СССР.

Среди гостей были Борис Пастернак, Всеволод Мейерхольд, Алексей Толстой, Владимир Маяковский, Петр Кончаловский, Иван Козловский, Александр Южин, Игорь Грабарь, Александр Довженко…

«Трудно передать впечатления от вечеров, проведенных у Луначарских за время 1925-1933 годов.

Припоминаю и семейные торжества, и традиционные новогодние вечера, литературные и музыкальные собрания, чтение новых пьес, выступления поэтов, желавших прежде всего ознакомить Анатолия Васильевича со своими новыми детищами», - вспоминал Александр Дейч, соавтор Луначарского по переводам.

Помимо творческой богемы, приходили в салон Розенель и политики (например, будущие маршалы Буденный и Егоров), и иностранцы самого разного пошиба – от известных актеров и писателей до непонятных личностей а-ля Воланд.

Столпотворение было такое, что порой нарком не мог понять, кто перед ним находится. Тогда он спрашивал жену: «А это кто?», на что Розенель лишь пожимала плечами – мало ли кого к ним занесло.

Вообще, новые советские бюрократы, высокопоставленные чиновники, переехав в новую столицу, не очень-то стремились вот так запросто общаться с широкими массами, представителями творческой интеллигентности.

Луначарский в этом смысле подавал пример, причем продолжил это делать даже после того, как перестал быть наркомом в 1929 году. Жизнь в его светском салоне продолжала бить ключом.
Источник Семь Холмов
Tags: Коммунисты и Русский народ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments