Белоусов Валерий Иванович (holera_ham) wrote,
Белоусов Валерий Иванович
holera_ham

Categories:

Подводный ядерный Спецназ


Исследовательское судно ГУГИ «Янтарь».
ГУГИ (Главное управление глубоководных исследований) — самая засекреченная и таинственная структура в составе Военно-Морского флота. Утверждать это можно хотя бы потому, что даже субмарины-носители ядерного оружия, входящие в ядерную триаду и представляющие собой, образно говоря, острие копья на случай ядерной войны, нет-нет да и появляются в документальных фильмах. Подводный спецназ ВМФ стоит особняком — офицеров на службу в ГУГИ набирают только после тщательной проверки, а само ведомство с момента образования не знает ни утечек, ни проваленных операций.

Само ведомство формально входит в состав ВМФ России, однако отдавать приказы офицерам руководителям служб может только один человек — министр обороны. Такая исключительная ответственность связана с характером службы: на бумаге ГУГИ занимается картографированием морского дна и проведением спасательных операций, однако на деле задачи бойцов подводного фронта могут быть совсем иными.

Присутствие в «исключительных зонах ответственности НАТО» породило с десяток легенд относительно возможностей российских кораблей. Например, океанографические исследовательские суда проекта 22010 «Крюйс» неоднократно называли «хакерскими». Головной корабль проекта «Янтарь», если верить картам и сопоставить данные, действительно мог вести глубоководные работы в районе нахождения подводных кабелей связи в восточных и юго-восточных районах Средиземного моря. Специалисты по телекоммуникационным технологиям отмечают, что работы могли проводиться как с целью ремонта поврежденного кабеля, заходящего в сторону побережья Сирии, так и ради установки специальных аппаратных закладок, точное назначение которых неизвестно.

В 2019 году ГУГИ получило еще два судна для «проведения подводных работ». Корабли проекта 02670 «Евгений Горигледжан» и проекта 22010 «Алмаз». Оба могут автономно работать в любой точке мирового океана до 30 суток, а на их борту, как и на «Янтаре», находится оборудование с глубоководными спускаемыми аппаратам.

Лучшие на флоте
Источники, знакомые с состоянием специальных подразделений в составе ВМФ, отмечают, что технически сотрудники ГУГИ числятся офицерами флота. Но на деле способностей и навыков у офицеров подводного спецназа больше, чем у подводников, управляющих АПЛ с ядерным оружием. Помимо специалистов по работе с подводным снаряжением, в составе каждого экипажа на судне, принадлежащим ГУГИ, находится боевая группа с вооружением, способная выполнить самую сложную подводную операцию. К таким, по словам источника, относится, в том числе, эвакуация потерпевшего крушение истребителя или космического корабля, содержимое которого представляет исключительную важность для Вооружённых сил.

Людям с офицерскими званиями такую работу доверяют не случайно — уникальными знаниями о том, как достать с морского дна поврежденный боеприпас с ядерной боевой частью или упавший в океан спутник (и не обязательно свой), обладают лишь несколько сот человек на все вооруженные силы.

Кроме того, специалисты ГУГИ делают то, чего кроме них не сделает ни одна исследовательская компания, даже такой монстр как Halliburton или Mammut. Последние, кстати, 20 лет назад выполнили свою работу по подъёму затонувшей в Баренцевом море АПЛ «Курск» только после того, как корабль обследовали специалисты технической группы 328-го экспедиционного аварийно-спасательного отряда Военно-Морского флота России.

Это подразделение, наряду с отрядом подводников-операторов глубоководных станций, сразу после подъема АПЛ «Курск» получило задачу добиться технической готовности к эвакуации экипажа любого затонувшего корабля ВМФ России в течение 24 часов.

Заряд океанской бодрости
Помимо надводных «исследовательских» кораблей, способных проводить работы на трансокеанских кабелях связи, у подводного спецназа Минобороны есть и собственные субмарины. Правда, весьма необычные.

Информация о состоянии флота ГУГИ вполне могла лечь в основу книги Тома Клэнси «Охота за Красным Октябрем» или любой другой книги писателя-фантаста, если бы презентацию уникального российского оружия для ВМФ президент России Владимир Путин провел на несколько десятков лет раньше. В данный момент достоверно известно о нескольких уникальных субмаринах в составе ГУГИ. Информации минимум, поскольку в большинстве случаев даже учебные походы этих кораблей строго засекречены.

Первый корабль специального назначения ГУГИ — подлодка БС-136 «Оренбург». Атомная подводная лодка специального назначения проекта 09786 (667БДР «Кальмар») входит в состав Северного флота и является одним из носителей глубоководного аппарата АС-12 «Лошарик». Аппарат со смешным названием — на самом деле грозное оружие. Он предназначен не только для манипуляций с кабелями и любыми предметами на глубине до 6 тыс. метров, но и доставляет к месту пуска глубоководный аппарат «Посейдон» с ядерным зарядом в 2 мегатонны.

Еще две подлодки специального назначения появились в составе флота ГУГИ относительно недавно. БС-64 «Подмосковье» с площадкой для глубоководных мини-подлодок проекта 18270 «Бестер» может проводить операции даже в арктических широтах, а новейшая К-329 «Белгород», спущенная на воду в 2019 году, — может брать на себя роль «информационного центра» в условиях начала войны.

Еще одна подлодка специального назначения на подходе. АПЛ «Хабаровск» может быть принята в состав ВМФ в ближайшие 2–3 года и, вероятно, станет третьим известным носителем аппаратов «Лошарик» и «Посейдон». Кроме того, созданный под нужды ГУГИ атомный подводный крейсер станет своеобразными «глазами и ушами» флота на случай ядерной войны. Подлодка получит уникальную по меркам современных технологий квантовую двухсредную гидроакустическую станцию, способную «снимать» показания не только с кораблей вероятного противника.

Ее главной особенностью, как отмечают источники в ВМФ, станет возможность построения трехмерной карты любых океанских систем слежения, включая американскую SOSUS.

Другая, малоизвестная роль «Хабаровска» и «Белгорода» — охота за подводным флотом и авианосцами противника. Для того чтобы быстро оказаться в нужной точке с «ядерным грузом», АПЛ оснащены сверхпроизводительными реакторами и турбинными установками. По словам источников в ВМФ России, «Хабаровск» и «Белгород» примерно на четверть быстрее своих «одноклассников» из состава флота.

Для чего это нужно?
Все три подлодки специального назначения строились по заказу ГУГИ с одной целью — обеспечить паритет в борьбе за господство в морских глубинах с Военно-Морскими силами США. До 2030–2035 годов количество таких субмарин может вырасти вдвое. Это значит, что вместо строительства дорогостоящего авианесущего флота Россия постепенно смещает вектор в сторону нейтрализации ВМС вероятного противника одним ударом, если того потребует ситуация.
Эксперты полагают, что срочное строительство трех субмарин специального назначения, равно как и активизация работ над глубоководным аппаратом «Посейдон», могут свидетельствовать о скором переформатировании договоров о стратегических наступательных вооружениях. Если наземная часть ядерного оружия будет существенно урезана, последней надеждой на ответно-встречный ядерный удар по противнику станет именно военно-морской флот.
https://hi-tech.mail.ru/review/yadernyj_specnaz
Tags: Русская гордость
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments