Белоусов Валерий Иванович (holera_ham) wrote,
Белоусов Валерий Иванович
holera_ham

Categories:

Кое-что о Лукиче


Называется, "Мы пахали!"

«Когда я увидела его впервые в 1906 году на одном из загородных митингов в Петербурге, я была страшно неудовлетворена. Меня удивила не его наружность, а то, что при крике: «Казаки!» – он первый бросился бежать.

Я смотрела ему вслед. Он перепрыгнул через барьер, котелок упал у него с головы… С падением этого нелепого котелка в моём воображении упал сам Ленин. Почему? Не знаю!..

Его бегство с упавшим котелком как-то не вяжется с Буревестником и Стенькой Разиным. Остальные участники митинга не последовали примеру Ленина. Оставаясь на местах, они, как было принято в подобных случаях, вступили в переговоры с казаками. Бежал один Ленин. Побежал Ленин бестолково, сразу упал в канаву, из которой его вытаскивали, – так бегают ослеплённые страхом».

© Т.И. Алексинская («Родная Земля», № 1, 1 апреля 1926 г., стр. 6).

А вот история с елкой в Сокольниках. Помните? Лукич с Миногой (партийные клички Ульянова и Крупской) ехали по темной улице на машине. Их остановил бандит Кошельков, вытряхнул из авто, не слушая жалобное блеяние Лукича - "Да наплевать мне на то, что ты ЛеВин!" - сказал не расслышавший его налетчик. Потом отобрал деньги, документы, оружие, сел в машину и уехал... а Лукич вместе с Гилем и Миногой побрели в Сокольнический райсовет, жаловаться...
Тут надо вот что знать:
Мужчина ведет себя ИНАКО в трех случаях:
1. Когда у него есть с собой оружие. Оружие было и у Гиля, и у Лукича.
2. Когда за его спиной есть ВЛАСТЬ. Большей власти, чем у лысого, в тот момент в несчастной России не было ни у кого!
3. Когда рядом с ним его женщина.
У Лукича было вообще совпадение всех трех этих компонентов... и что же? Он трусливо отдал и машину, и оружие. А Кошельков потом на ленинской машине ездил по Москве и из ленинского браунинга убивал милиционеров.
Кто мог поступить так, как Лукич? патологический мерзавец и трус.
И как все трусы, Лукич был имманентно подло-жесток...
«...После ужина Надя попросила мужа проводить меня до трамвая, так как я не знала Женевы. Он снял с вешалки потрёпанную каскетку, какие носили только рабочие, и пошёл со мной. Дорогой он стал дразнить меня моим либерализмом, моей буржуазностью. Я в долгу не осталась, напала на марксистов за их непонимание человеческой природы, за их аракчеевское желание загнать всех в казарму. Ленин был зубастый спорщик и не давал мне спуску, тем более что мои слова его задевали, злили. Его улыбка – он улыбался не разжимая губ, только монгольские глаза слегка щурились – становилась всё язвительнее. В глазах замелькало острое, недоброе выражение, …а я ещё задорнее стала дразнить Надиного мужа, не подозревая в нём будущего "самодержца" всея России. А он, когда трамвай уже показался, неожиданно дёрнул головой и, глядя мне прямо в глаза, с кривой усмешкой сказал:
– Вот погодите, таких как вы, мы будем на фонарях вешать.
Я засмеялась. Тогда это звучало как нелепая шутка.
– Нет. Я вам в руки не дамся.
– Это мы посмотрим.
На этом мы расстались. Могло ли мне прийти в голову, что этот доктринер, последователь не им выдуманной, безобразной теории, одержимый бесом властолюбия, а может быть, и многими другими бесами, уже носил в своей холодной душе страшные замыслы повального истребления инакомыслящих. Он многое планировал заранее. Возможно, что свою главную опору, Чека, он уже тогда вынашивал...»

Ариадна Владимировна Тыркова-Вильямс.
Tags: Коммунисты и Русский народ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments