Белоусов Валерий Иванович (holera_ham) wrote,
Белоусов Валерий Иванович
holera_ham

Category:

Обычная жизнь подмосковного обывателя


Алексей Тимофеевич Саладин родился 19 мая 1876 г. в Тверско-Ямской слободе г. Москвы в семье выходцев из крестьянской среды. После окончания Новиковско-Ямского начального училища в 1888 г. пытался поступить в гимназию, но не выдержал экзамена. Подростку из многодетной семьи выбирать не приходилось. Работая наборщиком в типографии, Саладин много читал и занимался самообразованием, что позволило ему поступить на курсы сельских учителей и в 1896 г. получить свидетельство на право преподавания в школе.

После учебы Саладин был направлен учителем в одно из Подмосковных сел, но из-за участия в «народных чтениях», которые перерастали в политические дискуссии, он попадает в число «неблагонадежных» и лишается места. Перебравшись на жительство на станцию Люберцы, поближе к Москве, Алексей Тимофеевич поступает в Управление Московско-Казанской железной дороги на самую низкую должность помощника делопроизводителя. Но вскоре его усердие и аккуратность были замечены на службе.

Сослуживцы так его характеризовали: «На службе… он был идеально порядочным и аккуратным… Его порядку в делах все удивлялись, и в этом отношении начальство ставило его очень высоко, ценило острый, здоровый ум, быстроту догадок, сообразительность в положениях, требующих особого подхода…». Алексей Тимофеевич был приятен в общении, его внешний облик вызывал интерес и уважение. Худощавый, среднего роста, с темными волосами, в пенсне, одет просто, но изыскано, всегда в черном. Не очень разговорчив, но внимательный и благодарный слушатель. По взглядам на жизнь и общество был «полным анархистом, свободу мысли и действия ставил превыше всего». Обладая такими взглядами, он не мог остаться в стороне от революционных событий 1905 г. За участие в распространении листовок был посажен в Бутырку и через год выслан в село Рыбное Рязанской губернии. После двух лет ссылки в 1909 г. Саладин возвращается в Москву и поселяется с семьей в селе Раменское, где работает мелким чиновником на железнодорожной станции.

Все свободное время Алексей Тимофеевич посвятил изучению Подмосковья. Он говорил: «… бесконечно рад частицу моей любви к родной Москве передать другим, в особенности молодому поколению. Это будет лучшей наградой, а никакой другой мне не надо».

Еще в 1912 г. Саладин приобрел по случаю фотоаппарат и создал маленькую студию «Саладин и К», которая специализировалась на фотографировании и распространении снимков с видами Москвы и ее окрестностей. И теперь, в свободное время, взвалив на себя старенькую тяжелую камеру, путешествовал он по Подмосковью, фотографировал старые усадьбы, церкви, деревенские погосты. В одном из писем Саладин так описывает свое путешествие: «А эти скитания иногда стоят мне большой затраты сил. Так недавно я прошёл около 40 верст в один день по неизвестной мне… дороге». Результатом его путешествий явились изящно оформленные альбомы. Автор умело группировал снимки, создавая художественные композиции. К сожалению, до нас дошла лишь незначительная часть альбомов «По пригородам Москвы», «Некрополи Москвы».

Одновременно с фотографией Саладин собирает материалы по истории Подмосковья и в частности Бронницкого уезда. Это увеличение вылилось в путеводитель, опубликованный в 1914 г. В предисловии он писал: «…При экскурсиях, прогулках и просто с целью ознакомления с окрестностями, хотя бы своего поселка, необходимо иметь такой материал, который всегда был бы под рукой в виде карманной книжечки, не заключающей в себе ничего лишнего и ненужного». Алексей Тимофеевич очень любил Красково, Малаховку, Удельную и другие живописные места расположенные по направлению нашей железной дороги.


















1913 год. Бурное развитие города и железнодорожного транспорта способствовало быстрому освоению дачной местности вблизи Москвы. Начинается строительство уютных дач в живописной местности Бронницкого уезда. Саладин пишет: «Дача – не мода и не безразличное удовольствие, а потребность нашего организма, нуждающегося хотя бы время от времени в чистом и богатом кислородом воздухе, солнце, купании в хорошей не зараженной воде». К Алексею Тимофеевичу, как знатоку, обращаются за советом в выборе места для строительства, планировки комнат, устройству палисадников. Зимой он вместе со своими и соседскими ребятишками совершает лыжные прогулки, сопровождая их интересными рассказами о родном крае. Эти беседы помогали детям восполнить недостаток знаний из-за нехватки литературы по данному направлению. Саладин пишет: «…ведь так нужны такие книги, особенно теперь, когда с одной стороны, нам необходимо познать самих себя, а с другой, когда потребность в культурных прогулках так назрела, так важно бороться такими средствами появившимся одичанием. У нас почти нет подобной литературы».

Самым удачным для Саладина стал 1917 г., когда он получает возможность публиковаться в периодических журналах. За лето Алексей Тимофеевич написал более 10 очерков: «По народной тропе», «Скорбный путь», «Царская усадьба 17 века» и другие. Он обладал не только независимым характером но и редкой скромностью, поэтому публиковался совершенно бесплатно. В письме к своему другу И.А.Белоусову он пишет: «… ни в какие денежные сделки я входить с Вами ни за что не соглашусь… И, вообще, мне крайне тяжело связывать с деньгами ту пустяковую работу, которую я делаю в часы досуга и которая служит мне лишь удовольствием, отдыхом…». Часто Саладин обращается к редактору с просьбой его гонорар заменить несколькими экземплярами журналов.


Зима 1918 года была для Алексея Тимофеевича тяжёлым испытанием. Творческие неудачи, так как путешественника и фотографа в условиях войны могли свободно принять за шпиона, развивающийся туберкулез, голод, все это приближало его кончину. Один из друзей вспоминает: «Алексей Тимофеевич страшно нуждался и питался одной картошкой без хлеба и ни разу не обратился за помощью и состраданием ни к кому в жизни и никому не жаловался. Помню, бывало, положим ему, товарищи по столам, в стол… восьмушку хлеба, кусок селедки – с неизменной твердостью и убеждением, голодный, шатающийся от слабости он возвращает по адресу всякое реальное выражение жалости или сострадания». В один из июльских дней 1919 г. он тихо скончался у себя дома в Раменском, умер, как жил, никому не доставляя забот и беспокойства. Похоронили А.Т. Саладина на сельском кладбище. Могила не сохранилась.

Татьяна Андреева, методист Музея п. Малаховка (подразделение МУК "Музейно-выставочный комплекс" г.о. Люберцы)
Tags: История., Россия
Subscribe

  • Террорист и убийца

    Для начала обратимся к энциклопедическому словарю братьев Гранат, в который авторизованная биография Фрунзе была внесена еще при его жизни. В нем…

  • Враги трудового народа из Дачной Малаховки

    Антонович Алла Владимировна (1923 - 2017) – одна из основателей Малаховского музея, внучка Ф. И. Шпигеля. Десять лет лагерей по ст. 58 УК РСФСР…

  • Опять народ не тот!

    МОСКВА, 25 фев — РИА Новости. Более 90 тысяч жителей столицы приняли участие в голосовании за установку памятника на Лубянской площади, следует из…

  • Ну что, итальянец, помогли тебе твои большевики?

    «Гражданину следователю Привожу доказательства, что я не шпион. Если бы я был шпион, то: 1. Я не послал бы в швейцарское консульство Маковского,…

  • Красножопая сволочь в атаке

    Известный прыщавый худышка, соросовская подстилка, приятель Колясникова zergulio и беглокомандующего, шахматист Борис Рожин вот тут…

  • Люди в белых халатах...

    Сульфозин - взвесь серы в персиковом масле. Вводился инъекционно. Вызывал резкие болевые ощущения и подъем температуры на несколько часов, иногда -…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments