Белоусов Валерий Иванович (holera_ham) wrote,
Белоусов Валерий Иванович
holera_ham

Categories:

Подвиг в перерывах между судимостями


Кондратец Иван Яковлевич.

Иван Кондратец родился 22 июня 1919 года в городке Прилуки Полтавской губернии. После окончания семилетки отправил письмо в наркомат обороны с просьбой принять его добровольцем в РККА. Пришел ответ, что семнадцатилетних в армию не берут. Стал работать в «Союзпечати», в местном отделении госбанка. Много читал, благо пресса всегда была под рукой. Кому-то что-то прокомментировал из прочитанного или услышанного, в том числе запрещенные стихи Осипа Мандельштама.

Это расценили как контрреволюционную пропаганду и в 1938 году Ивана осудили по статье 54-10 УК Украинской ССР к 7 годам лишения свободы. Направили в лагерь, где он и отбывал срок до октября 1942 года. А потом, вместе с другими заключёнными, изъявившими желание сражаться за Родину, был освобождён из заключения

Красноармеец Кондратец был зачислен стрелком в 3-й батальон 184-го гвардейского стрелкового полка 62-й гвардейской стрелковой дивизии, которая вскоре приняла участие в битве за Днепр.

В справочнике «Герои Советского Союза» подвиг Кондратца описан лаконично: «28 сентября 1943 г. в составе передового отряда одним из первых форсировал Днепр в районе Мишурин Рог (Верхнеднепровский район, Днепропетровской обл.). В критический момент боя заменил убитого командира взвода и поднял бойцов в штыковую атаку. Подразделение удерживало рубеж до прихода основных сил».

В опубликованных в упомянутом сборнике воспоминаниях Карышева, который встречался с Кондратцом, а также наградных листах о совершенном им подвиге написано подробнее.

Река буквально кипела от взрывов мин и снарядов. Каким-то чудом взвод без потерь проплыл середину Днепра, уже виднелся противоположный берег. Цель была близка, но причалить к берегу не удалось: от взрыва лодку А-3 сильно подбросило, и все оказались в воде. При­шлось плыть в обмундировании, с пулеметом и двумя за­ряженными дисками.

Вынырнув, Кондратец услышал стоны товари­щей. Первым он вытащил тяжелораненого командира, по­том еще нескольких раненых бойцов. Все, кто мог, заняли позицию и начали отстреливаться от бросившихся в контратаку фашистов. Заметив, что продвижению вперед мешает огонь вражеского пулемета, Кондратец пошел в обход и уничтожил гранатой огневую точку противника[1].

Приняв командование взводом на себя, Кондратец грамотно организовал оборону захваченного плацдарма и обеспечил переправу всего батальона.

Документы свидетельствуют, что и после форсирования Днепра Кондратец воевал геройски. Об этом сказано в его наградном листе и в материалах его дела:

«1 и 2 октября 1943 года при развитии нашими ча­стями наступления т. Кондратец, проявляя образцы му­жества, отваги и геройства, все время шел впереди, увлекая бойцов на выполнение поставленной боевой задачи. При выходе из строя командира взвода он принял на себя командование взводом и выполнил поставленную задачу. При этом лично уничтожил 11 солдат и офицеров противника. 10 октября 1943 года, находясь в боевом охранении, заметил приближающуюся группу немецких разведчиков, смело бросился на них, уничтожил двух немцев и за­хватил в плен офицера»[2].

22 февраля 1944 года состоялся Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении гвардии рядовому Ивану Яковлевичу Кондратцу звания Героя Советского Союза. Однако получить награду он не смог, поскольку к тому времени уже четвертый месяц находился в немецком плену, в который попал после тяжелой контузии в бою у Кривого Рога.

Кондратец числился пропавшим без вести, а фактически испытал на себе все ужасы фашист­ского плена - каторжный труд, го­лод, холод, унижения и издевательства. Он пытался бежать из лагеря. Но был задержан и брошен в карцер.

В сентябре 1944 года Кондратец оказался в лагере смертников, расположенном недалеко от Гамбурга. Оттуда ­пленных отвозили по ночам в соседний лагерь, где постоянно работали газовые камеры. Та же участь ждала и Кондратца. Он был до предела истощен, опух от голода. Его уже перестали выгонять на работу.

Вот тогда то, перед лицом неминуемой, близкой смерти, он, ранее не раз отвергавший предложения вербовщиков о переходе на службу к фашистам, дал такое согласие. Но для себя решил – при первой же возможности перейти к своим.

9 ноября 1944 года в рамках разработанной Абвером диверсионной операции «Цеппелин» Кондратец был переброшен через линию фронта на территорию Польши, уже занятую советскими войсками. И сразу же сдался командованию советских войск.

Кондратец правдиво рассказал командиру роты, в расположение которой вышел, а затем и сотрудникам «Смерша», о своих мытарствах – о том, в каком состоянии он попал в плен, при каких обстоятельствах освободился из него и какое задание получил от немецкой разведки.

Из материалов дела в отношении Ивана Кондратца видно, что «согласием на сотрудничество с немецкими разведорганами он преследовал цель вырваться из немецкого плена и перейти на сторону Советской Армии; при переходе линии фронта и встрече с часовым Советской Армии его напарник сбежал, а Кондратец подошел к советскому часовому и попросил доставить его к командиру роты, которому дал признательные показания о своей принадлежности к агентуре немецких разведорганов» [3].

Но Кондратцу не поверили. Тогда не верили даже тем, кто ранее ничем себя не запятнал. А Кондратец уже прошел лагеря, носил клеймо «контрреволюционера».

13 января 1945 года военный трибунал 3-го Белорусского фронта вновь осудил его по контрреволюционной статье 58-1б УК РСФСР (измена Родине) к 15 годам лишения свободы, с поражением в правах на 5 лет.

В приговоре указывалось: «Кондратец, будучи пленен немецкими войсками 1 ноября 1943 года и находясь в лагере военнопленных, в сентябре 1944 года дал согласие немецким разведорганам работать в качестве агента. 9 ноября 1944 года он был переброшен через линию фронта в расположение частей Советской Армии с заданием собирать сведения о наличии частей Советской Армии в районе гор. Сувалки-Рачки, где и был задержан»[4].

Наказание И. Кондратец отбывал в Песчаном лагере МВД СССР. Ровно через девять лет - 13 января 1954 г. Комиссия по пересмотру дел на лиц, осужденных за контрреволюционные преступления по Литовской ССР, приняла решение о необходимости внесения уполномоченными на то должностными лицами протеста на предмет снижения И. Кондратцу срока наказания до фактически отбытого, поскольку он «дал согласие на сотрудничество с немецкой разведкой с целью вырваться из немецкого плена и перейти на сторону советских войск».

И такое решение суд вынес. Правда, только через полтора года. В подобного рода вопросах военная Фемида никогда не спешила. Рассмотрев протест заместителя Генерального прокурора генерал-майора юстиции Викторова, Военная коллегии 23 июля 1955 г. снизила наказание Кондратцу до 10 лет лишения свободы, то есть до фактически отбытого им срока.

Он вернулся на Родину – без наград и славы. Не в военной форме, а в обычной фуфайке. Устроился рабо­тать бригадиром каменщиков. Вскоре однако заболел, стал инвалидом. Сказались годы изнурительного труда в советских, фашистских, и опять советских концлагерях. Дала себя знать постоянная, терзающая сердце боль и накопившаяся обида за допущенную несправедливость. Никто из земляков даже не догадывался, как геройски он сражался в годы войны с врагом. Сам никому ничего не рассказывал, поскольку сельчане знали, что Кондратец сидел как «враг народа»…

В марте 1965 года кто-то из жителей по­селка пришел к нему со свежим номером «Красной звезды». В газете был опубликован список военнослужащих, удостоенных, но не получивших в годы войны высокие правительственные награды, поскольку их сле­ды затерялись. «Враг народа» не смог сдержать слез. В этом списке был и он - бывший гвардии рядовой 184-го гвардейского полка Иван Яковлевич Кондратец.

Вскоре он приехал в Москву, в наградной отдел Министерства оборо­ны. С ним побеседовали, уточнили данные о его пребывании на фронте, участии в форсировании Днепра. Но награду не вручили…

У коммуниста-генерала, принимавшего Кондратца, появились серьезные сомнения: стоит ли вообще это делать? По вопросу вручения Ивану Яковлевичу Золотой Звезды заседала даже специальная комиссия. Долго решали - как быть с неснятой судимостью за тяжкое преступление - измену Родине? Некоторые члены комиссии высказались в духе того времени - не может «враг» быть Героем, поэтому надо войти в Президиум Верховного Совета СССР с хода­тайством об исключении Кондратца из списка награжден­ных.

К счастью, справедливость все же восторжествовала. Большинство членов комиссии с таким предложением не согласились. Учли, что список награжденных уже был напечатан в газете. Да и времена изменились.

Когда информация об этом дошла до председателя Верховного суда СССР, он наложил на документе резолюцию: «Немедленно истребовать (нарочным) дело и мне доложить». На этот раз все сделали быстро – истребовали дело, подготовили протест, внесли его на рассмотрение высшей судебной инстанции.

12 января 1966 года об­винительный приговор военного трибунала и определение Военной коллегии от 23 июля 1955 года были отменены Пленумом Верхов­ного Суда СССР и дело в отношении Кондратца прекра­щено за отсутствием в его действиях состава преступления. Обычно после такого постановления в любом деле ставится последняя точка. Заместитель председателя Верховного Суда В. Куликов поставил ее несколько позже, подписав ходатайство о назначении Ивану Яковлевичу Кондратцу персональной пенсии.

В мае 1966 года Ивану Яковлевичу Кондратцу торжественно вручили Золотую Звезду Героя на митинге в родном поселке Варва Черниговской области.

И.Я. Кондратец скончался 24 октября 2003 года.
[1] Военные трибуналы – органы правосудия в Вооруженных Силах СССР, М. 1988. с. 188.

[2] Надзорное производство Военной коллегии №1н-06297/55.

[3] Архивно-следственное дело по обвинению Кондратца И.Я. № 011880, л.д. 116-117.

[4] Там же, с. 121.
Автор Вячеслав Звягинцев.
Tags: Коммунисты и Русский народ, Русский герой
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment