Белоусов Валерий Иванович (holera_ham) wrote,
Белоусов Валерий Иванович
holera_ham

Categories:

Цюрюпа, нарком продовольствия, упавший от голода в обморок...

Март 1921 года. Нарком внешней торговли Леонид Борисович Красин
"...Наше несчастье в том, что нам в нашем аппарате приходится работать с людьми, никогда больше полтинника в кармане не имевшими, как только такой человек увидит сто рублей - обязательно положит в карман".

"ОГПУ в борьбе с коррупцией в годы новой экономической политики (1921-1928)" о положении в Наркомате внешней торговли (НКВТ):

"...В производстве имеется несколько агентурных дел, указывающих на царящие в НКВТ взяточничество и кумовство, на целый ряд крупных и мелких злоупотреблений, имеющих место не только в центральном органе НКВТ, но и на местах. Взаимоотношения между различными сотрудниками в НКВТ носят такой характер, что сплошь и рядом честному и преданному Советской Республике человеку житья там не дают...".

По оценкам ВСНХ в 1921-1922 годах у государства было похищено ценностей на сумму до 200 миллионов рублей золотом.

Газета "Беднота" от 11 января 1922 года писала - "...За две недели - с 15-го по 31-е декабря - на всех железных дорогах России обнаружено 1 200 случаев хищений. На первом месте стоит Московско-Казанская дорога, на последнем - Московско-Курская".

Словом, воровали еще как - в портах, в Главном военно-хозяйственном складе, в таможне тогдашнего Петрограда и т.д. Обвиняемых было от 50 до 100 человек в каждом деле, в большинстве - госслужащие.

Следующая проблема - взятки. Их и брали, и давали везде и всюду.

3 февраля 1922 года в газетах написали о так называемом "Процессе 72-х" - "...В Киевском революционном трибунале после двухнедельного разбирательства закончился слушанием процесс 72-х инженеров Киевского Военного округа, преданных суду во главе с бывшим начальником округа Карповым по обвинению во взяточничестве, злоупотреблениях по службе и т.д.

Революционный трибунал приговорил 3 инженеров к расстрелу, остальных же к принудительным работам на разные сроки..."

Газета "Правда" 12 апреля 1922 года писала -

"...В Московском ревтрибунале закончилось слушанием дело по обвинению во взяточничестве ответственных работников Гукона: нач.зем-хоз.отдела Государева, нач.заготовок Матута, нач.фураж.подотдела Соколова и нач.финан.подотдела Котова и Глазова..."

Гукон - Главное управление коннозаводства.

Для решения конкретных вопросов получалось, что один чиновник давал другому чиновнику взятку и наоборот. Так и решались вопросы.

Взятки на железной дороге вынудили власти 6 декабря 1921 года издать специальное обращение к железнодорожникам о содействии в борьбе со взяточниками - "...Взятка на железных дорогах стала явлением... "нормальным"...На железных дорогах все можно купить и продать за определенную мзду...Спекулянты массами за взятку заполняют ...вагоны, прорезают в них Россию вдоль и поперек...Вся прицепка, отцепка, дальнейшее продвижение, будь то отдельного...вагона, эшелона беженцев, продгруза отдельной организации - все находится в прямой зависимости от взятки... Бедствия, причиняемые этим злом государству, неисчислимы и и кошмарны по своим последствиям.

Беженцы из голодного Поволжья, передвигающиеся по нарядам Главэвака, застревают на узловых станциях...рабочие организации, отправляющиеся для покупки хлеба...кочуют месяцами "за отсутствием подвижного состава"...продовольствие, идущее для спасения детей и женщин Поволжья, где-то блуждает или мрачно стоит на путях в ожидании "чего-то недостающего"..." ну и т.д.

Естественно, принимались меры.

В 1924 году прошел ряд судебных процессов по обвинению во взяточничестве, в том числе и на Октябрьской железной дороге. Чуть ранее произошли аресты, как написано "закоренелых жел.-дор. взяточников" в Харькове. Среди арестованных - ревизоры и высокие начальники местной железной дороги, начальники станций, весовщики, носильщики и т.д. В общей сложности было арестовано 40 человек.

В Азербайджане после расследования за взяточничестве и подделку документов были арестованы начальник и помощник начальника станции Баку II, старший товарный кассир станции, весовщик, смотритель погрузочных дворов и другие.

Обогащались и сотрудники Госбанка. Во времена НЭПа в Госбанке появился Хлебный отдел. Его задачей было регулирование рынка зерна, которое в то время было одной из наиболее реальных ценностей.

В конце 1927 - начале 1928 года в Верховном Суде СССР слушалось дело по обвинению работников Хлебного отдела Телеснина и Полякова.

Они вошли в контакт с группой предпринимателей, куда входили братья Штерн, Порец, Гринберг, Раковщик и другие.

Схема была простой - Хлебный отдел продавал этой группе зерно, предназначенное для кооперативов и госорганизаций. По договору 15% оплаты вносилось немедленно, остальное - в течение до 45 дней.

В итоге пшеница или рожь отправлялась в глубинку, где продавалась втридорога. После этого недостающие деньги вносились в банк, а полученная прибыль делилась, в том числе и отдавалась доля сотрудникам Хлебного отдела.

Следствие доказало, что только разовая взятка сотрудникам Госбанка за одну такую "операцию" составляла 15 000 рублей. В то время, к слову, небольшой дом в Москве стоил от 5 до 8 000 рублей.

К слову - Порец, входивший в группу этих предпринимателей, только в 1926 году имел оборот в 2,5 миллиона рублей.

Любопытно, что Телеснин и Поляков на суде ссылались на то, что получали разрешение делать так от высоких начальников, вплоть до руководителей Совнаркома! (Жирнов Е. "В Госбанке присутствует чуждое влияние").

И вот, что интересно - большинство обвиняемых были оправданы или получили условные сроки. Такая "странная" мягкость наказания могла быть объяснена только тем, что у подсудимых были весьма высокопоставленные покровители.

Правда, последние наказания за свои деяния так и не смогли избежать. В 1937 году большинство из них осудили по политическим статьям Уголовного кодекса. И свою заслуженную пулю "невинные жертвы" в итоге получили.

В 1926 году сотрудники Госбанка Генералов, Мартиросян, Вайнсбейк написали заявление в ЦК ВКП(Б) -

"Значительные средства банка увязли в кооперации, которая не только не платит, но получает льготные отсрочки, часть же Госбанк списывает на убытки… Член Правления, возглавляющий Инспекцию, накануне полного краха предприятий Орловск. губ. увеличивает кредит, а через несколько месяцев хозяйство губернии трещит по всем швам и должно быть при нашем активном вмешательстве реорганизовано в корне.

Ту же картину наблюдаем с Арханг. губ., куда бессистемно вливаем значительные средства, приводя организации к краху, а долги предприятий, переваливающие за миллион, пролонгируются на несколько лет при наличии весьма шаткой обеспеченности долга.

Кроме того, если приведенные для примера факты удесятерить (Рязань, Краснодар, Ив. Вознесенск, Кострома), то это заставляет часть коммунистов призадумываться о наличии злой воли в аппарате Госбанка…

Самым показательным фактом, подтверждающим правильность наших доводов об аппарате Госбанка, служит то обстоятельство, когда в самом центре, вопреки твердым и ясным директивам нашей партии в отношении использования частного капитала в восстановлении хозяйства страны, через госкредит идет безудержное, ловко проводимое аппаратом, усиление роли частного капитала…"

Под "злой волей", надо полагать, можно понимать осознанное вредительство или корыстный интерес, когда за выданный кредит служащие банка получали свой "откат".

В начале 1930-х годов злоупотребления и хищения в стране переплелись с халатностью и разгильдяйством.

Председатель правления Госбанка СССР Моисей Иосифович Калманович

"Важнейшая задача...поднятие учета на более высокую ступень. Надо уничтожить остатки автоматизма, которые сохраняются в деле постановки...учета. А что такой автоматизм у нас продолжает иметь место - это факт. Вот, например, на Украине выдали по переводу 30 млн. руб. вместо 13 млн. руб… В любом капиталистическом банке перевод даже не на 13 млн. руб., а на 1 млн. руб. прошел бы через несколько рук, его просмотрел бы ряд ответственных работников, вплоть до управляющего, обследовали бы все подписи чуть ли не под лупой. А у нас перевод попал к сотруднику, который в карточку записал, переписал и списал, и никто его по-настоящему не проконтролировал…".

Такая система учета и контроля создавала благодатную почву для злоупотреблений и хищений.

Калманович продолжал - "...На Украине в одном филиале управляющий вместе с главным бухгалтером воровали, и никто об этом не знал. Воры относили присвоенные ими суммы на счет разных лиц, а этот счет был у них, как мусорный ящик, в котором никто не разбирался. В другом месте управляющий филиалом воровал, а главный бухгалтер знал и молчал..."

Воровали не только в банке. Воровали ...даже в угрозыске!

В 1929 году в ленинградском угрозыске обнаружилась большая недостача вещдоков. Был задержан ответственный за их хранение некто Милов. Он показал, что вещи забирал себе начальник уголовного розыска Леонид Петржак.

Этот Петржак личность довольно любопытная. Родился в Люблинской губернии (Польша), учился в начальном училище. Профессиональный революционер. Исполняя обязанность начальника губернского уголовного розыска, высылал в свое время в гостиницу "Англетер" бригаду агентов угрозыска.

А это было то самое дело о самоубийстве (или убийстве?) великого поэта Сергея Есенина.

Подтверждается и то, что Петржак совмещал службу в Уголовном розыске с должностью заместителя начальника иностранного отдела в Ленинградском Военном округе...


Однако, следствие по делу Петржака пошло довольно странно. И очень странным оказался и приговор.

В газетах тогда писали - "...Ленинградский пролетариат справедливо возмутился попыткой замазать преступления бывшего начальника угрозыска и члена областной контрольной комиссии Петржака, разворовавшего камеру хранения вещественных доказательств, растратившего до 20 тыс. рублей, принуждавшего к сожительству работниц и т. д. За все эти преступления суд приговорил Петржака к трем годам заключения… условно! Нас интересуют те обстоятельства, при которых отдельные ответственные товарищи могли на время вытянуть Петржака сухим из воды. Нас интересует обстановка в ленинградской областной прокуратуре в связи с делом Петржака… В отдельных звеньях прокуратуры товарищи сдали классовые позиции.

Это видно хотя бы из того, что, когда был дан ордер на обыск и арест Петржака, председатель облсуда тов. Озолин предупредил Петржака, что к нему едут с обыском… В разворовывании кладовой участвовали и другие лица, в том числе заместитель облпрокурора, член президиума областной контрольной комиссии Григорьев. Этот коммунист, призванный партией стоять на страже революционной законности, ездил к арестованному Милову, заведовавшему камерой хранения и знавшему все подробности исчезновения вещей, и уговаривал его, при помощи угроз и обещаний, отказаться от своих показаний...".

После вмешательства Верховного суда условный срок Петржаку был заменен реальным - 10 лет. А вот председатель суда Озолин продолжил карьерный рост - в феврале 1935 гоуд был переведен на работу в Госарбитраж, но в августе 1937 года был арестован...

Один из свидетелей - выпускник Институт красной профессуры И.И. Литвинов. Это однофамилец наркома Литвинова. Работал по внешнеторговой линии, в 1933 году стал "невозвращенцем".

В своем "Дневнике за 1922 год" записал - "…нужно сказать, что, несмотря на все переброски, произошла полная дифференциация коммунистов. В хозяйственных органах, в военно-снабженческих и в дипломатических работают воры. Я уверен, что процент воров среди коммунистов ВСНХ, Центросоюза, Наркомвнешторга куда выше 99 %. Там крадут все: от народного комиссара до курьера. Честные коммунисты сидят в культурно-просветительных и партийных органах".

В марте 1933 года органы госбезопасности докладывали Сталину -

"...Общее количество привлеченных органами ОГПУ за хищения государственного и общественного имущества составляет на 15-ое марта с.г. – 127 318 чел.

За хищения из магазинов и складов товаропроизводящей сети и прок ленных предприятий привлечено 55 166 чел., а за хищения из сов. и колхозов – 72 152 чел.

Из общего количества привлеченных за хищения осуждено судами и органами ОГПУ (Коллегией ОГПУ и тройками при ПП ОГПУ) 73 743 чел.

Органами ОГПУ осуждено 1 456 чел. (по наиболее крупным делам об организованных хищениях).

По мерам наказания это число осужденных подразделяется следующим образом:

ВМН – 2 052 чел.

5-10 лет лагеря – 7 661 чел.

ниже 5 лет – 4 343 чел.

Всего 14 056 чел.

По социальному составу подразделение осужденных органами ОГПУ следующее:

Быв. торговцев, спекулянтов, кулаков – 4 467 чел.

Служащих, колхозников, единоличников и других трудящихся – 8 209 чел.

Прочих – 1 080 чел.

Всего 14 056 чел.

Из дел о хищениях, раскрытых ОГПУ за отчетные две недели, обращают на себя внимание крупные хищения хлеба, имевшие место в Ростове на Дону. Хищениями была охвачена вся система Ростпрохлебокомбината: хлебозавод, 2 мельницы, 2 пекарни и 33 магазина, из которых хлеб продавался населению. Расхищено свыше 6 тыс. пуд, хлеба, 1 тыс. пуд, сахара, 500 пуд, отрубей и др. продукты.

Хищениям способствовало отсутствие четкой постановки отчетности и контроля, а также преступная семейственность и спайка служащих. Общественный рабочий контроль, прикрепленный к хлебной торговой сети, не оправдал своего назначения. Во всех установленных случаях хищений контролеры являлись соучастниками, скрепляя своими подписями заведомо фиктивные акты на недовоз хлеба, на списание усушки и на развес и т. п. По делу арестовано 54 человека, из них 5 членов ВКП(б).

Крупные хищения вскрыты в торфяной секции МОСПО, ведающей снабжением рабочих-торфяников. Хищническую группу возглавлял заведующий торговым отделом торфсекций Никитин, быв. офицер, который подобрал на склады в качестве служащих уже судившихся быв. торговцев, помещиков и другой чуждый элемент. Организация имела свою агентуру в торфрабкопах на местах, в частности в Орехово-Зуеве и Шатурстрое. Не ограничиваясь прямыми хищениями, организация на деньги торфяной секции вагонами закупала продукты и сбывала их на сторону, присваивая вырученные деньги. По делу арестовано 10 человек. Следствие продолжается.

В ЗРК завода имени Сталина в Таганроге (военный завод с 9 000 рабочих) вскрыта большая хищническая организация в составе 82 человек, расхитившая из фондов рабочего снабжения продовольствия на 435 тыс. рублей по твердым ценам. В эту организацию входили служащие местных рыбзавода и мясокомбината.

В Таганрогском отделении Союзтранса ликвидирована организация в составе 62 шоферов, грузчиков и портовых служащих, среди которых выявлено значительное количество быв. кулаков, торговцев, а также преступного элемента. Организация при перевозках похищала в дороге грузы, перевозившиеся из порта. О размерах хищения можно судить по тому, что только зерна и муки расхищено около 1 500 пудов.

Всего за время с 1-ое по 15-ое марта с.г. органами ОГПУ арестовано за хищения 2 829 чел" ("Записка Г.Е.Прокофьева и Л.Г.Миронова И.В.Сталину О количестве привлеченных ОГПУ за хищения общественного имущества 20 марта 1933 года". "Лубянка. Сталин и ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД").

К 1 апреля 1933 года "количество привлеченных органами ОГПУ за спекуляцию… составило 54 370 человек". Из них большинство за перепродажу хлеба.
В начале июля 1933 года руководство ОГПУ подготовило проект приказа № 00237 "О борьбе с хищениями хлеба", который направили Сталину. Приказ вступил в силу 9 июля 1933 года.

Из документа - "...Постановлением ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 24 мая с.г. об организации уборки зерновых хлебов перед всеми партийными и советскими организациями поставлена особо актуальная задача по охране нового урожая от расхищения.

Защита колхозного и совхозного урожая должна быть так поставлена, чтобы сохранность хлеба от расхищения была обеспечена на всем пути прохождения хлеба, начиная от уборки, молотьбы и перевозки и кончая приемным пунктом и элеватором. Постановление предусматривает строгое применение закона от 7 августа 1932 г. ко всем расхитителям хлеба.

Опыт борьбы органов ОГПУ с хищениями свидетельствует о том, что наиболее распространенными методами хищения хлеба во время хлебозаготовительной кампании прошлого года явились следующие:

1. Хищение хлеба на корню группами в 25–50 человек в ночное время под руководством кулаков и раскулаченных (коммуна «Новый мир» на Украине, зерносовхоз «Ударник» в Средней Азии и др.).

2. Погрузка на подводы совхозного и колхозного хлеба под видом отправки на приемные пункты и сбыт такового спекулянтам (многочисленные случаи на Украине и в других местах).

3. Широкое использование фиктивных квитанций «Заготзерна» для уклонения от сдачи хлеба (Горьковский край, Украина, Московская область и др.).

4. Расхищение хлеба возчиками при транспортировке хлеба (массовые случаи в Башкирии и других районах).

5. Неоприходование части хлеба, поступающего на заготпункты, элеваторы, мелькомбинаты и последующий сбыт его спекулянтам (Баталпашинский элеватор на Северном Кавказе, Туплазинский мелькомбинат в Башкирии, Могилевская контора «Заготзерно» и др.).

6. Преуменьшение колхозами и совхозами в ежедневных сводках данных о ходе обмолота и в связи с этим сокрытие части зерна.

7. Массовое составление фиктивных актов о порче хлеба, преувеличенных потерях, недостачах и т. д.

8. Обвешивание приемщиками заготпунктов хлебосдатчиков и расхищение образовавшихся излишков.

Основная задача, стоящая перед органами ОГПУ в хлебозаготовительную кампанию 1933 года, – борьба с хищениями хлеба.

Это обязывает органы ОГПУ тщательно изучить всевозможные способы и формы хищений хлеба и обеспечить все опасные участки проверенной, честной и преданной нам агентурой...

...Весь путь движения хлеба от поля до приемного пункта и элеватора обслуживается колхозниками, и хищения хлеба на этом пути, кражи хлеба на корню, с поля, с подвод во время подвозки его к приемным пунктам могут быть быстро ликвидированы и даже предотвращены, если будут организованы: честная преданная сеть на этих участках, хорошая и быстрая связь этой сети с резидентами и гласным аппаратом и быстрая оперативная реализация агентурных донесений.

Приказываю:

1) Организовать оперативно-агентурную работу таким образом, чтобы не допустить развития хищений, и ликвидировать их в самом начале, выявляя организаторов хищения хлеба.

2) Если кражи хлеба носят организованный, групповой характер, основной удар направить на организаторов и активных участников хищений.

3) Лиц, уличенных в индивидуальных хищениях хлеба, достигающих значительных размеров – вывоз хлеба с поля целыми возами, кража снопов и т. д., – подвергать аресту.

4) Колхозников, уличенных в хищении хлеба, в том случае, если они не являются организаторами хищений или же если совершенные ими хищения носят маловажный характер, аресту не подвергать, а дела о совершенных ими преступлениях передавать в товарищеские колхозные суды.

5) Колхозников и трудящихся единоличников, уличенных в неоднократных мелких хищениях хлеба, подвергать аресту.

6) Принять особо серьезные меры к охране тех колхозных и совхозных полей, в районе которых отмечено появление значительных групп деклассированных элементов и мешочников, порвавших с сельским хозяйством и являющихся безусловной угрозой для сохранности урожая.

Райаппаратам ОГПУ и зам. нач. политотделов МТС и совхозов принять через местные партийные и советские органы и политотделы меры к охране хлеба специальными группами колхозников-активистов и комсомольцами, к установке специальных постов и ночных дежурств. В нужных случаях устанавливать милицейскую охрану, дав этой охране указания не прибегать к оружию без крайней необходимости.

7) Заострить внимание агентурно-осведомительной сети на своевременном выявлении организованных групп расхитителей хлеба, на выявлении и предупреждении всех организованных или индивидуальных попыток уничтожении урожая на корню, поджогов колхозных и совхозных амбаров, складов и других хлебохранилищ, а также мельниц.

8) Установить тщательное агентурное наблюдение за всеми работниками и служащими приемных пунктов, элеваторов, мельниц, за транспортными организациями совхозов и МТС, выявляя все факты хищений хлеба, сознательного обвешивания колхозников и единоличников, злостного саботажа на приемных и заготовительных пунктах, составления фиктивных актов о порче хлеба и потерях и т. д., подвергая аресту всех лиц, уличенных в этих преступлениях.

9) Строго руководствоваться инструкцией ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 8 мая с.г. о запрещении массовых арестов в деревне.

10) Все дела о хищениях хлеба должны заканчиваться в двухнедельный срок с рассмотрением их в судебных тройках при ПП ОГПУ. Дела, по которым необходимо применение высшей меры социальной защиты, направлять на утверждение Коллегии ОГПУ.

11) О ходе оперативной работы по борьбе с хищениями хлеба высылать ЭКУ ОГПУ, начиная с 15 июля с.г., каждое 1-е и 15-е число докладные записки".

В итоге, с 1932 по 1936 год было осуждено за служебно-должностные преступления и хищения госсобственности -

- за хищение общественной собственности - 252 155 человек

- за злоупотребление властью, растрату и подлог, взяточничество - 219 861 человека
Tags: Коммунисты и Русский народ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments