Белоусов Валерий Иванович (holera_ham) wrote,
Белоусов Валерий Иванович
holera_ham

Categories:

Рассадники крамолы


1863 году на смену не действовавшему уставу 1835 года пришел новый устав, по которому профессура наконец получила право самостоятельно избирать ректоров, деканов и проректоров, а также присуждать ученые степени. Кроме того, преподавателям значительно повысили зарплаты.
Так, в Московском университете годовое содержание ординарного профессора выросло с 1543 руб. в год до 3 тыс. руб., у адъюнкта (современный доцент) — с 786 руб. до 1200 руб., у лектора без степени — с 504 руб. до 1000 руб. и т. д. Казалось, все предпосылки для возникновения университетской корпорации, в которой профессора свободно занимаются наукой и преподаванием, а студенты свободно получают знания, были налицо. Однако сложившийся порядок устраивал только профессуру. Студенты все больше интересовались революцией, а не посещением лекций, так что достичь всеобщей гармонии не удалось и на этот раз.

Ученый и видный либерал Борис Чичерин вспоминал о тех годах:

"Студенты стали хозяевами университета... По всякому поводу собирались сходки, на которые иногда вызывались ректора и деканы, и те ходили, объяснялись, старались успокоить молодежь. Всякая власть исчезла... Разумеется, об исправном посещении лекций совершенно перестали думать. Вместо того по рукам ходили беспрепятственно в оригинале и в литографированных переводах сочинения Фейербаха, Бюхнера, Молешотта и всякие социалистические издания... Они выдавались за последнее слово науки... Если таковы были порядки в Московском университете, то в Петербургском, подверженном непосредственному влиянию Чернышевского с компаниею, дело обстояло еще несравненно хуже".

Таким образом, даже временное ослабление полицейского контроля над учебными заведениями не приблизило русские университеты к европейскому идеалу, поскольку русские студенты воспользовались внезапной свободой не для того, чтобы получать ранее недоступные им знания, а для того, чтобы не учиться вообще.

С 1870-х годов студенты все чаще оказывались в центре внимания полиции и жандармерии. Университеты уже не были чисто дворянскими — большая часть учащихся происходила из разночинцев, которые, с одной стороны, страдали от бедности, а с другой стороны, усвоив азы наук, были способны задуматься о том, кто в этой их бедности виноват. Профессор философии Петербургского университета Михаил Владиславлев писал:

"Попав в Петербург, такой студент оглушается шумом большого города, его глаза разбегаются на жизнь, которая несется мимо него, он чувствует себя одиноким, разбитым, никому не нужным, даже в университете им никто не интересуется, разве для получения от него денег и исполнения разных формальностей. Между тем крамола ловит его в читальне, в университетском буфете, сначала через местного земляка, с которым он, естественно, желает сблизиться, от которого думает получить совет и практические указания, в публичном сквере, где, уныло слоняясь, так как никаких знакомств нет, он иногда встречается с добрыми людьми, готовыми подслужиться уроками, полезным развивающим чтением и, наконец, знакомством с радетелями о благе народном на особых квартирах с женщинами".

Власть все с большей подозрительностью относилась к учащейся молодежи. После убийства Александра II подозрения перешли в окончательную уверенность в том, что студенчество — это настоящий внутренний враг, с которым надлежит бороться до победного конца. Для таких выводов, безусловно, были серьезные основания, ведь из шести осужденных народовольцев-цареубийц трое — Рысаков, Желябов и Кибальчич — были в прошлом участниками студенческих волнений.

Новый государь Александр III считал, что "кухаркиным детям", то есть разночинцам, в университетах делать нечего. Много позднее его сын Николай II рассказывал своему министру просвещения Петру Ванновскому такой случай: "У моего отца был любимый кучер, которому он помогал воспитывать его детей. Однажды во время прогулки отец спросил его, что сын? А кучер благодарит и говорит, что сын уже в университете. Тогда отец встал и дал ему в шею, выбранив его за то, что не послушался его и не отдал сына в какое-нибудь ремесленное училище".

В 1884 году власть перешла в контрнаступление, заменив либеральный устав 1863 года новым, в котором правительству возвращался контроль над деятельностью университетских советов. Самым интересным новшеством стала система единых государственных экзаменов, которые должны были проводиться государственными комиссиями по единым государственным стандартам. Один из инициаторов этой реформы — консервативный публицист Михаил Катков — так разъяснял суть задуманного государю: "Самая важная часть предполагаемой реформы заключается в положении об экзаменах, которые по проекту должны производиться не преподавателями из лекций, ими читанных, а особыми комиссиями по установленным общим программам, так что экзамены будут служить не только проверкой познаний студентов, но и регулятором лекций их профессоров. Программы государственных экзаменов определят и содержание, и размеры университетских курсов". Цель этих мер была та же, что и раньше,— чтобы студенты и преподаватели поменьше размышляли. Так, в экзаменационных требованиях для юридических факультетов говорилось: "Если серьезный естествоиспытатель не теряет своего времени на бесплодные умствования о происхождении материи, то и в юридической науке не приходится отыскивать начало своего начала, и притом перед слушателями, которые стеклись для приобретения знания". Таким образом, по мысли правительства университеты должны были превратиться во что-то вроде профессиональных училищ. Зато теперь у власти в руках был новый рычаг управления университетами, потому что, устанавливая учебные планы, государство могло контролировать содержание обучения, что должно было поставить преграду на пути распространения крамолы.

"Не принесут той пользы, которую ожидают"

Каким бы реакционером ни слыл Александр III среди либеральной интеллигенции, он так и не решился на шаг, который ему настойчиво предлагал министр просвещения Иван Делянов и обер-прокурор Синода Константин Победоносцев: отдавать студентов, повинных в беспорядках, в солдаты. Такая практика существовала при Николае I, но в те времена "солдатчина" была обычным наказанием для нарушителей общественного порядка. Однако со времен реформ Александра II в России существовала всеобщая воинская повинность, хотя образованные лица, включая студентов, служили меньше остальных — и то если вытянули жребий. Теперь же недисциплинированных студентов предполагалось ссылать в дисциплинарные батальоны. Александр III не утвердил это предложение, решив, что подобные меры "будут недостаточны и не принесут той пользы, которую ожидают". Его сын впоследствии рассудил по-иному.

В 1899 году, когда у власти уже находился Николай II, в Петербурге произошел инцидент, который навсегда рассорил императора со студентами и академическими кругами. 8 февраля, когда студенты как всегда бурно справляли день основания Петербургского университета, полиция проявила неожиданное рвение и разогнала шествие. Вскоре по всей стране вспыхнули студенческие беспорядки. В ответ на полицейские репрессии студенты объявили всероссийскую забастовку, и вскоре занятия бойкотировали порядка 25 тыс. человек. Правительство ответило "Временными правилами об отбывании воинской повинности воспитанниками высших учебных заведений, удаляемых из сих за учинение скопом беспорядков". Как следует из названия документа, лица, отчисленные из университетов за крамолу, теперь подлежали призыву в армию. Военный министр Алексей Куропаткин протестовал, поскольку считал, что "нельзя армию обращать в карательное заведение", но государь был непреклонен. Сама идея "Временных правил" принадлежала слывшему либералом графу Витте, который в то время преследовал собственные аппаратные цели. В ту пору граф конкурировал с группой правительственных консерваторов, среди которых заметную роль играл министр просвещения Николай Боголепов. Теперь же, когда "Временные правила" были приняты, вся ответственность за эту заведомо непопулярную меру падала именно на Боголепова, что в перспективе ослабляло его позиции. Вскоре Боголепову действительно пришлось действовать. 10 января 1901 года он распорядился отчислить и сдать в солдаты 183 студента Киевского университета. Как и следовало ожидать, студенчество ответило новыми массовыми акциями протеста. В итоге правительство пошло на попятную и вернуло призванных студентов в аудитории. Боголепову, правда, это не помогло. Один из 183 реабилитированных студентов по фамилии Карпович, вернувшись из армии, застрелил его.

Так попытка обуздать университеты с помощью карательного призыва в вооруженные силы потерпела крах. В наше время власть действует куда изощреннее. Если при Боголепове армия грозила лишь признанным активистам, то теперь она ждет каждого, кто вылетит из вуза, в чем бы ни была причина его исключения.

После 1917 года новая власть успешно применяла все наработки ненавистного царского режима. В ходу был жесткий идеологический контроль и регулярные чистки преподавательского состава, как во времена Магницкого, полицейский надзор за студентами и профессорами, как при Уварове, и система государственных образовательных программ, как при Победоносцеве. Сталин, закрывая даже коммунистические университеты, говорил, что стране не нужны "всезнайки". В итоге цель оказалась достигнутой, и советские университеты окончательно утратили сходство с тем, что называют университетами во всем мире.
Источник "Ъ - Власть"
Tags: История и современность
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Украиньци бохаааатые...

    Имущество бывшего сотрудника ФСБ Михаила Кулюкина, вместе с супругой имевшего в банках более 200 счетов, по решению суда, обращено в доход…

  • Адмирал

    Протокол № 1 опроса задержанного в связи с переворотом 4-5 января 1920 года адмирала Александра Васильевича Колчака 18 января 1920 г. Января 20…

  • В этот день 9 лет назад

    Этот пост был опубликован 9 лет назад!

  • Чем питались матросы на кораблях Русского Императорского Флота

    Обратите внимание, дважды в неделю к чаю подается ситный хлеб. Ситный до революции - это ржаной хлеб высокого качества, у него даже цвет…

  • Мешок-ишак-в родной кишлак!

    Районный суд признал молодого человека, который спровоцировал конфликт на территории Промышленного района Самары, виновным и назначил наказание в…

  • Умереть в России

    Иван Билибин родился в 1876 году в поселке Тарховка неподалеку от Петербурга. Отец будущего художника был главным врачом госпиталя морского порта в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment